Он взял чистый лист бумаги и начал писать. Все свои переживания, мысли и всю свою печаль он выплескивал на помятый, несчастный лист. Если бы содержание писем меняли окрас бумаги, то от письма Лео, она бы стала черной, словно смола. Без остановки он писал. Одна страница, другая, третья… Все свои письма он прятал в большую энциклопедию, которую никто никогда не выносил за пределы библиотеки – запрещено по уставу. Так, послания лежали на своем месте до прихода Анри. На каждом свидании, Лео робко протягивал ему стопку исписанной бумаги.
- А вдруг… Если она вернется. Если ты узнаешь, где она… - говорил он, с трудом подбирая слова.
- Все письма ей адресованы? – спрашивал тот.
Лео кивал. Анри бережно собирал эти листы и отвозил в дом Лео, где бывал иногда по его просьбе, складывая их в кабинете, на рабочем столе.
Вернувшись домой с ведром родниковой воды, Дани зашла в коридор. Ее слух уловил незнакомый голос. Кто-то говорил с бабушкой.
«Кто там, интересно?» - подумала Дани, подставив ухо к двери.
- Она у вас хорошая девушка, хозяйственная. Я все время ее вижу, когда она выходит за покупками. На голове аккуратно повяжет косынку, руки и ноги всегда прикрыты, взгляд опущен. Скромная у вас внучка. Хочу предложить вам подумать о ее замужестве. Мой сын – замечательный парень. Сейчас работает в местной школе, ведет уроки математики у учеников средних классов. Каждое утро проделывает путь длиною в пять километров, школа далеко, обратно столько же. Но, работу не бросает. Вот, пришло время ему жениться, уже двадцать пять, а все никак не может отыскать для себя пару.
- Я немного не понимаю вас. Вы пришли проведать меня или сватать мою внучку? – прямо спросила бабушка, - просить руки моей внучки, так?
- Можно и так сказать, - смутилась гостья.
- Можно, или вы с этим ко мне пожаловали? – напирала бабушка.
- Если честно, с этим.
У Дани перехватило дыхание. Вспомнив недавний разговор мамы и бабушки, она выбежала из дома, по дороге опрокинув полное ведро воды, только что принесенное ею.
- Что там за шум? – встала бабушка. Выйдя в коридор, она увидела на деревянном полу большую лужу и перевернутое ведро. Входная дверь была открыта и качалась на ветру. Бабушка все поняла. Дани слышала этот разговор и, испугавшись, что ее засватают, сбежала.
- Глупенькая моя девчонка, - улыбнулась она.
- Знаете, милая, - вернувшись к гостье, сказала бабушка Лилия, - мы пока что не принимаем подобные предложения. Девочке всего двадцать лет. Живет она в наших краях недавно, несколько месяцев. Не привыкла еще. И я пока не считаю, что всему ее обучила: как хозяйство вести, за домом ухаживать. Не готова она, - отрезала бабушка.
- Да я ее, словно дочку, всему бы обучила. Не волнуйтесь, бабушка Лиля, упрекать в жизни не стану.
- Э нет-нет, - качала головой бабушка, - все свекрови так говорят. У меня одна дочь, сына нет, а если бы был, я бы тоже так говорила. Но, это только на словах. На деле, чужая дочь никогда не станет ближе родного сына, даже на одну ступеньку с ним не станет. Сначала будет ваш сын, потом большая пропасть, а уж там, где-нибудь внизу, будет чужая девочка. Которую «не так воспитали, не то вложили, не объяснили». Вот, будет готова моя внучка, тогда и приходите. Не раньше, чем через пару лет, - сказала бабушка, от своих слов сама чуть не рассмеялась.
- Что вы говорите такое? Пару лет ждать? У нас времени нет, парень уже взрослый, - возмутилась гостья.
- А куда вам спешить? Вашего сына не украдут, ему это не грозит. А поспешишь, как известно, людей насмешишь. Так что, хорошо подумайте, прежде чем идти на такой серьезный шаг как брак.
Гостья встала и, попрощавшись, вышла в коридор. Увидев разлитую воду на полу, она удивилась:
- Тут же этого не было?
- Да это Дани разлила, обычное дело, - махнула бабушка рукой.
Женщина пулей вылетела из дома, внутри себя радуясь, что не засватала непутевую девицу. А бабушка, стоя на крыльце, смеялась от всей души.
- Тоже мне, жених. Тьфу.
Она бежала, сломя голову, туда, где находила свое спасение. В горы, к водопаду, в лес, где она могла спрятаться. Была бы ее воля, она бы осталась здесь и никогда не возвращалась обратно. По пути поправляя косынку, приподняв черную юбку, она бежала к водопаду. И, вот он, перед ее глазами, стремительно спускает поток пенной, ускользающей воды вниз, к реке. Дани быстро дышала, будто ей не хватало воздуха. Ее лицо горело, а ладони оставались ледяными. Плакать не было сил. Слезы, будто закончились в ее организме. Она представляла, как ее выводят в белом платье из дома бабушки, лицо ее прикрыто фатой. Как ее забирает себе совершенно незнакомый мужчина. Так же, как это произошло с Дениз. Как она на всю жизнь остается здесь, больше никогда не увидев свой дом, могилу отца. Не увидев их с Лео водопад. Не увидев Лео. Никогда.