И почему-то именно мне досталось связывать эту… красивую, но до жути странную девушку. Подъехав ближе, спрыгнул с лошади и вытащил нож, направился к ней. Она испугалась и попыталась спрятаться за дерево, частично это получилось, но уйти дальше мешала верёвка. Отчего-то, пусть по её лицу и потекли слёзы, казалось, что в глазах нет страха, да и эти необычные короткие косички на висках… Я отрезал верёвку и случайно положил ладонь на место ударов об ствол, кора сломана и… как будто продавлена внутрь⁈
— Слушай, господин, а вон тот жирдяй на белом коне — ваш главный? — выглянула из-за дерева вроде бы бывшая жертвой девушка. Я сглотнул. Это было так ненормально, что у меня пропал дар речи. Она, внезапно дружелюбно улыбнувшись и с весёлым лицом, продолжила: — Отвечай, если жизнь дорога, амиго…
«Да что это за…» — судорожно подумал я, начав отступать, но тут она схватила меня за руку, совсем не женской по силе хваткой. Я… не выдержал, вампир или призрак всё равно плохо. Эта девушка… да от неё просто разит… безумием кровью… Появилось сильное предчувствие, что случится что-то плохое, которое я не привык игнорировать, потому ответил, пока глава и средина колонны уже проезжали мимо: — Д-да…
— Эй, ты. Чего там возишься? Полапать её си… — начал глава. Но осёкся, видимо, из-за того же из-за чего я упал спиной на землю.
— Зря вы не захотели мне помогать! — крикнула девушка, вытаскивая из-за дерева какое-то большое и внушительно выглядящее оружие. Наведя его в нашу сторону, уже тише сказала что-то… как будто на райхском?
Она открыла огонь длинной очередью, скосив всех ближайших бойцов и каким-то чудом не задев главу банды. Прежде чем я успел посмотреть в её сторону, она пронеслась мимо и, отстрелив Жану ладонь, в которой был револьвер, скинула его с лошади, которая с диким ржанием куда-то побежала. В это же время стрельба началась со всех сторон, всадники и пешие бойцы падали от пуль, а иногда разрываемые какими-то зелёными шарами. Кучера повозок тоже гибли, часть попытались сбежать, но где-то впереди с хрустом и треском на дорогу упало дерево.
— Умри, монстр! — взревел один из телохранителей главы и, пользуясь тем, что атаковал со спины, нанёс рубящий удар мачете, метя в затылок. Лезвие внезапно столкнулось с каким-то полупрозрачным зелёным рисунком, возникшим из воздуха, и отскочило. Девушка обернулась и выстрелом из своего оружия… снесла ему голову.
— Кто сдохнуть не хочет, лежать и не дёргаться! — крикнуло это чудовище, увернувшись от удара топора и ударом приклада свалив мужчину выше её ростом на голову. Не знаю, почему, но я лёг на живот и вытянул вперёд руки, чтобы было видно, что я без оружия.
— Ар-р-р… — как будто зарычал глава, увидев мои действия. Он отпустил руку, из которой фонтаном хлестала кровь, и, вытащив второй револьвер, что обычно прятал в сапоге, прицелился в девушку, что встала одной ногой на его грудь. — Сдохни, шлюха!
Видимо, сказывалась боль от раны, он выстрелил почти в упор, но пуля лишь поцарапала предплечье девушки. Я же убедился, что она и правда какой-то демон, поскольку вместо криков и падения, это чудовище просто посмотрело на рану, после чего ударом второй ноги выбило револьвер из руки Жана и произнесло всё с тем же сильным акцентом: — Ты кого шлюхой назвал, урод? Сейчас я тебе кое-что отстре…
В этот момент её попытался сбить один из телохранителей главы, её оружие повело в сторону, прогремел выстрел, и глава обмяк с дырой вместо лица. Тот же, кто должен был его защищать, не смог повалить девушку, так как та упёрлась боком в повозку, при этом проигнорировав удар в челюсть. Она выронила своё оружие и, вытащив откуда-то нож с большим лезвием, но явно не мачете, и обняв его одной рукой, начала наносить им удары в бок мужчины. Тут кто-то наступил мне на спину, и я отвлёкся, не узнав судьбу её противника, но не думаю, что он выжил.
Внезапно моё сердце вздрогнуло от страха. Мало этого чудовища, так тут ещё и какая-то девочка в военной форме как будто отдаёт команды взрослым мужчинам, по выправке явно солдатам, в такой же форме. Причём те подчиняются ей, как будто не замечая, что она ребёнок. А потом чудовище в забрызганном кровью платье так же, как и пара солдат рядом. Выпрямилась и что-то заговорила по-райхски.
Я плохо знал этот язык, учил лишь из-за пары дел по перевозке вин в колонию Райха, но тем не менее понял, что девочка чем-то недовольна, то ли запачканным кровью платьем, на которое некоторое время указывала, чуть ли не крича, то ли смертью нашего главы, труп которого пнула своей ножкой. Ещё она сказала: — Глава твоя не болеть… Быть тут чем? Делать теперь нам?
— Думать сейчас, думать здесь, — ответила девушка так же на райхском. Неужели колония Райха решила вмешаться в и без того неспокойные дела в Бразилио? Девушка повернулась в мою сторону, но потом подозвала со стороны девушку в деревенской одежде, похоже, из местных крестьян и быстро что-то сказала.