Когда персидский царь узнал, какая ничтожная горсточка греков взялась задержать его войско, он сначала не поверил этому. А потом — через послов — передал свое предложение вождю спартанского отряда, царю Леониду. Предложение было такое: пусть спартанцы без боя сдадут свое оружие.
Леонид, как все спартанцы, не любил длинных речей.
— Приди и возьми! — ответил он персидскому царю.
Переводчик, прибывший с послами, испугался такого дерзкого ответа. Он стал уговаривать спартанцев подчиниться.
— Подумайте, — говорил он, — кому вы так отвечаете. Великому персидскому царю! У него столько воинов, что их стрелы, точно туча, закроют солнце!
— Придется сражаться в тени, — ответил один из спартанских воинов.
На этом переговоры и кончились. Персидский царь двинул свою армию. Она дошла до горного хребта и тут застряла.
Много раз пытались персы выбить греков из ущелья, прорваться через него. Но им это никак не удавалось. Ущелье было узко, развернуться в нем и использовать свой численный перевес персидская армия не могла. Тогда персидский царь послал в бой свое лучшее, отборное войско, прозванное «дружиной бессмертных». Все воины этой дружины носили золотые сверкающие доспехи. Но и они не могли победить спартанцев. Три дня продолжалось сражение, и много «бессмертных» нашло в этом бою свою смерть.
Может быть, так и пришлось бы отступить персам ни с чем, если бы в греческом войске не нашелся предатель, по имени Эфиалт. Он пришел тайком к персидскому царю — и рассказал ему о том, что в горах есть незаметная тропинка, по которой можно выйти как раз в тыл спартанскому отряду. И он указал персам эту тропинку.
Было раннее утро, когда разведчики принесли Леониду страшную весть: персы обошли его отряд.
Тогда Леонид собрал всех своих воинов и сказал им, что надежды на победу больше нет. И он разрешил всем, кто больше не хочет сражаться, уйти.
Многие так и поступили. Простившись навсегда со своими боевыми товарищами, грустные побрели они домой.
Но триста спартанских воинов не воспользовались разрешением уйти. Они остались вместе со своим вождем Леонидом. Они решили сражаться до конца.
Оставаться в горах уже не имело смысла: все равно им теперь не задержать персов. Триста спартанских воинов покинули ущелье, которое они защищали так долго и так доблестно.
Перед ними необозримое, точно море, простиралось неприятельское войско. Ровными шагами двинулись они вперед. Они шли, не сворачивая ни вправо, ни влево, в самую гущу персидских воинов» прямо на их пики.
Так спокойно и гордо шли они, что персов охватили смущение и страх. Они невольно отпрянули, не решаясь сразиться с этой горсточкой людей, казавшейся непобедимой.
Но в персидском войске были особые надсмотрщики, которые должны были следить за воинами. Надсмотрщики взмахнули своими бичами, и персидские «воины, заревев от боли, снова ринулись вперед.
Долго кипел неравный бой. Много персов пало, в том числе оба брата персидского царя. Иные задохлись в давке или были растоптаны своими же, других спартанцы загнали в болото и там потопили.
Четыре раза персы обращались в бегство, и четыре раза свистели в воздухе бичи надсмотрщиков и посылали персов снова в бой.
Совсем уже немного осталось спартанцев. Упал Леонид, смертельно' раненный. С телом своего вождя отступили спартанцы к ущелью и тут столкнулись с персидским отрядом, напавшим на них с тылу.
Окруженные со всея сторон, они продолжали сражаться. Их копья давно уже были поломаны, шлемы изрублены. Они обнажили свои короткие мечи и дрались ими.
К концу дня все они были перебиты...
Так погиб лучший спартанский отряд. Погиб из-за того, что в греческом войске нашелся один предатель.
Весной 1919 года белая армия начала наступление на Петроград. Она быстро продвигалась вперед. Наши войска терпели неудачи. Грозная опасность нависла над Петроградом, над городом, прозванным «колыбелью революции».
Тогда Ленин направил в Петроград того, кому он доверял больше всех, — Сталина.
Ознакомившись с положением, Сталин составил совсем новый план, как разбить врага и спасти Петроград. Одной из основ этога плана было: сейчас же очистить город от всех предателей и шпионов.
Это требование показалось тогда многим неожиданным и даже странным. Одни считали, что шпионов и изменников в городе нет, либо их так немного, что большого вреда они нанести не могут. Другие же думали, что предателей, может быть, и много, но сейчас не время ими заниматься, сейчас все силы надо бросить на борьбу с белогвардейцами.
Но как Сталин сказал, так и сделали. Все защитники Петрограда, все, кому дорога была родина, подтянулись, стали осторожнее, бдительнее.
И очень скоро это сказалось.
Однажды под Лугой красноармейцам удалось пристрелить неизвестного, который пытался пробраться к белым. Если бы это случилось прежде, его просто похоронили бы и обо всем этом происшествии скоро забыли. Но теперь поступили иначе: решили убитого обыскать: ведь не спроста же он хотел пробраться через фронт.