Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942 полностью

В условиях отступления контрразведчикам сложно было вести работу с прибывающим пополнением. В июле-августе, первые два месяца войны, действующая армия пополнилась новыми контингентами: миллионами крестьян Украины, Северного Кавказа, Поволжья, среднерусской полосы. Не комсомольцами, а тридцатилетними-сорокалетними, новым глубинным народным строем, который был слабо затронут пропагандой большевиков. Они помнили, как в 1930-х гг. советская власть разоряла единоличные – отцами и дедами построенные – хозяйства, насильственно загоняла в колхозы, выселяла на поселение в полярную тундру, пески Туркестана, концлагеря Колымы. Это пополнение принесло на фронт антисоветские настроения. Поэтому в ОО шла напряженная работа. Контрразведчик Яцовскис вспоминал: «Все это время в Особом отделе дивизии оперативным уполномоченным порой целыми сутками приходилось без сна и отдыха знакомиться с прибывающим в части дивизии пополнением, которое необходимо было тщательно изучить. Вместе с тем для обеспечения безопасности нашего ближайшего тыла от проникновения агентуры противника работники отдела объездили буквально все окрестные деревни и хутора, где договаривались с местными жителями о том, чтобы они сигнализировали о появлении в прифронтовой полосе незнакомых или подозрительных лиц»[734].

По линии ОО НКВД фронтов проводились мероприятия по усилению оперативной работы непосредственно на передовой линии фронта. Агенты особых отделов фронтовых частей и соединений тщательно инструктировались и направлялись на выявление по наиболее характерным признакам лиц, вынашивавших изменнические и дезертирские намерения. Признаками, свидетельствовавшими о подготовке таких преступлений, могли служить повышенный интерес к вражеским листовкам-пропускам, сбор и хранение таких листовок; заучивание на языке противника отдельных фраз и слов, необходимых для объяснения причин своего перехода через линию фронта; стремление собирать секретные сведения в целях их передачи противнику, выяснение отношения противника к перебежчикам и военнопленным и т. д.[735].

В боевые расчеты ОО включали проверенных агентов, способных предупредить попытки отдельных военнослужащих совершить измену Родине. Уязвимые участки линии фронта, удобные для перехода на сторону противника, командование части по рекомендации оперативных работников перекрывало засадами, постами, секретами. При этом каждый агент обязан был немедленно сообщать оперативному работнику и резиденту о малейших признаках подготовки отдельными военнослужащими к совершению измены Родине или дезертирства и любыми средствами пресекать эти преступления.

Работа особых отделов по выявлению изменнических намерений и попыток отдельных военнослужащих дезертировать продолжалась в запасных частях. Особые отделы выявляли военнослужащих с изменническими и дезертирскими настроениями, а также учитывали признаки, свидетельствовавшие о подготовке этих видов преступлений.

В борьбе с дезертирством и изменой Родине важнейшее значение имела организация заградительных мероприятий для воспрепятствования самовольному уходу военнослужащих в тыл. При этом много внимания было уделено недопущению проникновения в ряды Красной армии антисоветских элементов и вражеской агентуры и под видом лиц, утерявших документы, беженцев и т. д. Следует иметь в виду, что сама по себе система заградительной службы не в состоянии была полностью искоренить «отставание» как способ дезертирства. Однако успех борьбы с подобными преступлениями зависел от исполнительской дисциплины командного состава частей фронта.

При наличии предпосылок к дезертирству и измене командирам частей предлагалось перед линией нашей обороны выставлять секреты из надежных бойцов, которые должны были пресекать попытки перехода к противнику, задерживая или уничтожая изменников. Там, где уже имели место случаи перехода, все открытые участки должны быть заминированы и перекрыты проволочными заграждениями[736].

В годы войны часть дезертиров скрывалась в лесах и степи. Учитывая этот факт, агентура вербовалась из числа лесников, лесообъездчиков, пасечников, охотников, рыбаков и других лиц, чья работа была связана с пребыванием в лесах. Вербовались агенты среди самих дезертиров. Они выявляли места укрытия своих «товарищей по несчастью», склоняли их к явке с повинной. По окончании работы агенты из числа дезертиров освобождались от уголовной ответственности и направлялись в действующую армию[737].