В директиве НКВД СССР № 252 от 27 июля 1941 г. об организации партизанский отрядов и диверсионных групп, предназначенных для заброски в тыл противника, отмечались серьезные недостатки, которые могли срывать намеченные мероприятия: они сколачивались наспех, буквально за несколько часов из лиц, которые не знали друг друга и не умели обращаться с оружием, для них не давались проводники из местных жителей, не давались карты и компасы, инструктаж проводился наспех, в результате чего они не получали ясного представления о том, что и как они должны делать, совершенно не продумывались вопросы питания и одежды. В итоге такие отряды и группы в лучшем случае разваливались, не доходя до линии фронта, а в худшем – попадали в руки противника и расстреливались. Такая организация Меркуловым была названа не только недопустимой, но и преступной. Поэтому было предложено при организации групп и отрядов тщательно прорабатывать все связанные с этим делом вопросы и направлять в тыл противника только такие группы и отряды, которые могли справиться с возложенными на них задачами[1073].
Было бы несправедливо отрицать некоторые успехи начавшегося партизанского движения и РДГ, во многом обеспеченных усилиями сотрудников ОО НКВД. За первые шесть с половиной месяцев войны только партизаны Калининской, Смоленской, Московской, Тульской, Орловской и Курской областей истребили более 30 тыс. солдат и офицеров вермахта, уничтожили более 2 тыс. автомашин с военным грузом, более 200 танков и бронемашин, около 700 орудий, 66 самолетов, подорвали более 400 мостов на коммуникациях, пустили под откос около 40 эшелонов с живой силой и техникой[1074]. Историк Б. Соколов, оценивая деятельность партизанских отрядов, считает, что «особенно эффективными были операции не многочисленных, но плохо обученных и оснащенных отрядов, а действия небольших, специально подготовленных и владевших самыми современными средствами борьбы диверсионно-террористических групп, которые подрывали важные военные объекты и уничтожали высокопоставленных чиновников оккупационной администрации»[1075].
Наши современники преклоняются перед мужеством своих граждан, сражавшихся с врагом за линией фронта. И когда говорим о проигранном приграничном сражении и о провале партизанского движения в начале войны, то ни в чем не можем упрекнуть рядового бойца и чекиста. Поражения, как правило, следствие недостатков руководства политического, командного, чекистского. Для нас же крайне важно понять причины и извлечь уроки из событий недавнего прошлого.
Обстоятельный анализ архивных документов и воспоминаний ветеранов показывают, что самыми распространенными недостатками в работе ОО НКВД за линией фронта были:
1) недооценка опыта зафронтовой деятельности органами военной контрразведки в годы Первой мировой и Гражданской войн, незначительный процент опытных военных контрразведчиков и отсутствие у многих из них четкого представления о ее сущности;
2) нарушение принципа строгой специализации работы разведывательной агентуры. Дело обстояло таким образом, что агентуре, работавшей в городе, гарнизоне или учреждении врага, поручали выполнить множество других, самых разнообразных заданий, что создавало положение, при котором агент не мог серьезно подготовиться к выполнению ни одного из этих заданий и вообще ничего не выполнял. А иногда ценнейшие агенты, не будучи разоблаченными в разведывательной деятельности, погибали или оказывались пойманными при распространении листовок или попытках достать что-либо для партизан. Разведчики приносили в партизанские отряды бумагу, типографские краски, шрифты, медикаменты, переводили и уводили людей, распространяли пропагандистские материалы. Многих оперативных работников руководителей разведывательно-диверсионных резидентур недостаточно заботила возможная судьба агента. Они посылали на связь к негласному источнику разных лиц, допускали появление разведчика днем в отряде так, что его видели многие, вносили, не шифруя фамилии агентов в записные книжки. В ряде случаях не проявлялась забота о своевременном перемещении разведчиков и агентов, когда их дальнейшая работа стояла под угрозой[1076];
3) отсутствие в особых отделах заблаговременно налаженной подготовки специалистов-контрразведчиков и достаточного количества сотрудников, знавших немецкий язык; агентура подбиралась наспех, серьезной ее подготовки для выполнения задания не велось; не отрабатывался порядок явки агента, в результате чего по возвращении из маршрута он не мог найти сотрудника для передачи ему материалов и терялся; способы и средства связи оставляли желать лучшего. Так, только по ОО НКВД Калининского фронта до 1942 г. не имелось связи с 64 агентами, находившимися в тылу противника, и судьба их не была известна;
