«Атомные подводные лодки проекта 949-А совершали сложные межбазовые переходы с Северного на Тихоокеанский флот подо льдами Северного Ледовитого океана, — пишет контр-адмирал Александр Антонинович Белов. — В период с 1987 по 1995 год в 10-ю дивизию с Северного флота было переведено шесть атомных подводных лодок проекта 949-А. Экипажи этих лодок тщательно готовились, в том числе и по линии Особого отдела. В состав каждого экипажа входили оперработники. Все экипажи успешно справились со своими задачами, и во время переходов не было ни одного происшествия. Многие подводники этих новых лодок были награждены орденами и медалями, а два стали Героями России… Но так уж повелось, что оперработники награждаются в последнюю очередь. В Москве почему-то считают, что если военный контрразведчик не арестовал на подводной лодке ни одного агента иностранных спецслужб, то, значит, он не заслуживает награды. Более того, профессиональные качества такого оперработника начинают подвергаться сомнению. А то, что оперработник ходит на все боевые службы порой в два-три раза больше любого офицера из экипажа, воспринимается как само собой разумеющееся»[324].
Объединяющим в деятельности всех органов военной контрразведки было стремление быть ближе к войскам, постоянно находиться в курсе решаемых ими проблем, обеспечивая надежное контрразведывательное прикрытие от всех устремлений противника, вести борьбу с теми явлениями, которые негативно сказываются на уровне обороноспособности и безопасности государства. Динамизм жизнедеятельности войск требовал от особых отделов оперативности и большой маневренности силами и средствами. Это заставляло военных контрразведчиков действовать по принципу: оперработник всегда находится с войсковой частью, которую он обеспечивает. От них требовалось умение действовать равнозначно как в пунктах постоянной дислокации, так и на полигоне, на аэродроме и т. д. В то время в вооруженных силах ежегодно проводилось большое количество учений самого различного масштаба — вплоть до таких, в которых участвовали войска сразу нескольких округов или групп войск, армии стран Варшавского договора. Поэтому перед руководителями органов военной контрразведки стояла задача учить сотрудников тому, как в полевых условиях, наряду с решением вопросов реального обеспечения государственной безопасности на учениях, выполнять и план ранее намеченных оперативных мероприятий, а начальников — осуществлять руководство всем этим процессом.
В 1980-е годы военной контрразведкой, совместно с территориальными органами КГБ, были проведены комплексные мероприятия по обеспечению секретности особо важных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, связанных с созданием принципиально новых и модернизацией существующих систем вооружения и боевой техники, пусков космических объектов оборонного назначения.
Интересно, что нередко военные контрразведчики вскрывали факты создания новых видов оружия и боевой техники на основе недостаточно изученных или устаревших идей, что приводило к неоправданным материальным затратам и нерациональному использованию научного потенциала. Например, им стало известно, что при испытаниях на полигоне новых образцов бронетанковой техники под давлением разработчиков в ряде случаев завышалась огневая мощь отечественных машин и занижались аналогичные параметры танков стран НАТО. Вскрывались и случаи поступления в войска конструктивно недоработанных образцов боевой техники и вооружения, имеющих серьезные заводские дефекты.
Используя информацию особых отделов, командованию воинских частей и соединений удалось в первой половине 1980-х годов значительно снизить количество предпосылок к серьезным взрыво- и пожароопасным и летным происшествиям. Если в 1982 году таких фактов по линии военной контрразведки было зафиксировано около трех тысяч, то в 1983-м — уже порядка полутора…
В 1988 году Высшие курсы военной контрразведки перешли на новые программы обучения, рассчитанные на полтора года. По окончании обучения слушатели получали диплом офицера с высшим специальным образованием.
Коснемся международных связей и сотрудничества на уровне военной контрразведки со спецслужбами зарубежных стран, особенно государств бывшего социалистического содружества. Эта работа, проводимая с согласия и по указанию высшего руководства страны, носила плановый характер. Обычно она увязывалась с мероприятиями, осуществляемыми по линии Министерства иностранных дел, Минобороны, КГБ и других ведомств.
Первостепенное внимание уделялось безопасности советских войск, находившихся за границей — прежде всего в ГДР, Польше, Венгрии, Чехословакии, где спецслужбы стран НАТО вели против них активную разведывательную работу, спецпропаганду и иную деятельность. На этом направлении осуществлялось постоянное взаимодействие с местными национальными органами военных контрразведок, другими службами безопасности, пограничными войсками.
