Еще осенью 1961 года он, полковник, работая в Нью-Йорке «под крышей» секретаря советской делегации в ООН, инициативно предложил свои услуги ФБР. Впоследствии было доказано, что измена прежде всего имела материальную основу. Предатель выдал четырех советских агентов в Вооруженных силах США — провалы не остались незамеченными, и военные контрразведчики активно начали поиски «крота». Но по непонятным причинам Поляков в список подозреваемых не попал. К тому же он был очень осторожен и, находясь на территории СССР, активности в работе с американцами не проявлял.
Зато, приехав на работу в Индию в начале 1973 года, он вскоре обратился к военному атташе посольства США с вопросом, когда же ЦРУ восстановит с ним оперативную связь. Это было незамедлительно сделано. В 1976 году Поляков возвратился в СССР, был назначен начальником факультета Военно-дипломатической академии, получил звание генерал-майора…
Военная контрразведка, упорно продолжая свои поиски, буквально шла за ним по пятам. Но в чем-то Полякову сопутствовала удача, где-то были иные причины, по которым ему удавалось оставаться неразоблаченным… Кстати, когда еще Поляков только входил в круг подозреваемых, военные контрразведчики доложили о необходимости его проверки первому заместителю председателя КГБ генералу армии Г. К. Циневу. Выслушав доклад о материалах дела оперативной разработки, куратор Третьего главного управления сказал: «Генерал-разведчик не может быть предателем!» Однако команды прекратить разработку он не дал.
Понять Цинева можно: поколению, к которому он принадлежал, были свойственны определенный идеализм и вера в незыблемость устоев. Представить, чтобы генерал-разведчик предал те самые идеи, утверждению которых эти люди посвятили всю свою жизнь, за которые сражались на фронтах Великой Отечественной войны, было для него немыслимо. Однако уже наступали новые времена, когда предателем мог оказаться даже член Политбюро…
Оперсостав 2-го отделения основательно проработал материалы своих предшественников: поднимались архивные дела по расследованию утечек секретной информации в начале 1960-х, проводился их дополнительный анализ, оценивались новые данные, выдвигались и перепроверялись очередные версии по вновь открытым обстоятельствам… Наконец 7 июля 1986 года Поляков был задержан и препровожден в Лефортово.
Оказалось, что он выдал противнику 19 нелегалов, более 150 агентов из числа иностранных граждан, раскрыл принадлежность к советской военной и внешней разведке порядка 1500 офицеров. В начале 1988 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Д. Ф. Полякова к расстрелу.
Кстати, сотрудники ЦРУ, по их же словам, относились к Полякову скорее как к учителю, нежели как к агенту и информатору. Бывший шеф ЦРУ Джеймс Вулси так оценил генерала Полякова: «Из всех секретных агентов США, завербованных в годы “холодной войны”, Поляков был бриллиантом в короне ЦРУ»[325].
Военная контрразведка избавила церэушную «корону» от этого сомнительного украшения.
В докладе Ю. В. Андропова в ЦК КПСС от 6 мая 1968 года было указано, что в 1967 году «аппаратами военной контрразведки КГБ совместно с органами безопасности ГДР разоблачено 17 агентов западных разведок, проводивших шпионскую работу против Группы советских войск в Германии».
Среди спецслужб НАТО, действовавших по Группе войск, заметной активностью выделялись ЦРУ и РУМО — военная разведка США, а также западногерманская федеральная разведка БНД.
В 1972 году вступили в силу четырехстороннее соглашение по Западному Берлину и ряд дополнявших его соглашений, заключенных правительствами ГДР, ФРГ и сенатом Западного Берлина, которые, в частности, предусматривали значительное облегчение и упрощение поездок и посещений жителями ФРГ и Западного Берлина Восточной Германии. Таким образом, одновременно с ослаблением международной напряженности усложнялась оперативная обстановка вокруг советских войск, пребывающих вне пределов СССР. Однако за сравнительно короткий период времени советским военным контрразведчикам вместе с сотрудниками органов безопасности ГДР удалось отработать такую систему контрразведывательных мер, которая позволила не только выявлять в потоке приезжающих в ГДР лиц, подозреваемых в шпионаже, но и надежно документировать их практические действия по разведке военных объектов Группы войск. В результате были выявлены десятки агентов западных спецслужб.
Для ГСВГ представляли опасность и технические виды шпионажа. С территории Западного Берлина, ФРГ и ряда других стран действовали многие радиотехнические станции, посты прослушивания и перехвата. С их помощью круглосуточно контролировался эфир над территорией ГДР, фиксировались работа войсковых радиостанций, параметры действующих радарных установок, полеты военных самолетов и многое другое. Западные спецслужбы изыскивали возможности подключения специальной аппаратуры к телефонно-телеграфным кабелям и проводным линиям связи для подслушивания разговоров.
