Оно бы можно конечно и наплевать на высосанный из пальца дог Исидора, да просто увезти с собой. Благо, на территории подвластной империи он проживать не собирается. Но тут есть один нюанс. Начинать на новом месте всегда трудно. И к переезду, лучше бы подготовится. А как это делать Исидору занятому на производстве Комнина. К тому же, тот в любой момент может свернуть местные мастерские и перенести их в столицу. Обычная практика всех императоров. А кто нынче Алексей? То-то и оно.
Въехав на территорию Пограничного, Михаил вновь не стал спешить домой. Успеет еще. Из кузницы, что при въезде доносится перестук молотков. Дмитрий трудится не покладая рук. И честно натаскивает двоих учеников из подрастающей ребятни. Да своих двое сорванцов. Так что, стучит там не один.
Рядом с кузней стоит грек с фермы по соседству. Хозяйство дело такое, непременно что-нибудь да сломается. Вот и тянутся к Пограничному окрестные крестьяне. И каково им придется, когда кузнеца не станет. А уйдет он отсюда в любом случае. Не потянуть ему оборудование кузницы. Оно ведь мало, что на инструмент заработать, так еще и семью содержать.
Романов в благодетели не нанимался. Еще в прошлом году, как только решил убираться отсюда, серьезно порезал возможности заработка Дмитрия. Не под самый корень, но от того, что было в начале не осталось и следа. Разумеется, подвел под это дело обоснование, в виде решения совета. Правда о том, что случилось все с его подачи информировать грека не собирался.
Ему нужен кузнец. Помнит как намучился когда ставили Пограничное. И дважды наступать на те же грабли Михаил не собирался. Не честно? Есть такое дело. И даже где-то стыдно. Но от своего все одно не отступится. Лучше потом ему щедрую плату положит. Но сейчас, если придется, так и волоком утащит. Нужен он ему и весь сказ.
— Здравствуй, Дмитрий.
— Здравствуй Михаил, — опустив раскаленное изделие в бочку с водой, ответил мужчина.
— Я гляжу, забот у тебя хватает, — кивая на бочку, над которой поднялся пар, произнес Романов.
— Забот всегда хватает. А вот рук маловато.
— Я как раз поэтому поводу и заглянул. От местных заказы больше не принимаешь. Доделываешь то, что уже взял и на этом все. Начинаешь трудиться только на Пограничное.
— Значит, весной все же уходите? — вздохнул грек.
— Уходим. И нам много чего потребуется.
— А как же фермеры?
— Я должен думать о своих заботах. Желаешь работать на них, значит освобождая кузницу, найду другого мастера.
— Ты обещал, что…
— Я обещал, что обеспечу тебя всем необходимым инструментом, и что ты не будешь платить налогов. Что после того как пять лет отработаешь на Пограничное, кузница станет твоей. Пять лет еще не прошло. Так уж сложилось.
— Но может тогда хоть часть…
— Или все, Дмитрий, или ничего. И никак иначе. Не нравится, можешь идти, тебя никто не держит.
— Если так, то мне опять в подмастерья.
— Отчего же. Можешь стать и полноправным кузнецом. Если станешь приписным, лет эдак на тридцать. Ну чего ты смотришь на меня волком? Знаешь же, что переселяемся по повелению Комнина.
— Знаю.
— Насчет заказов, все понял?
— Все.
— Вот и поговорили, — кивнул в знак прощания и вышел из кузницы.
Хотел было вскочить в седло, но передумал. По селу можно и пешочком. Это уже незазорно. А то, признаться, устал уже от верховой езды. Все хорошо в меру. Это не машина, и сотню километров за час не проскачешь. Путь занимает весь день. А тут уж, никакая привычка не поможет.
Когда уже подходил к дому, навстречу выбежал Андрей, старший сын экономки, Анны. Он ему по хозяйству помогает, и по уходу за живностью в частности. Заводного, что привели воины, уже обиходил, вот теперь спешит за Орликом.
— Здравия, Михаил Федрович.
— И ты здрав будь. Как тут у вас?
— Слава богу.
— Дома-то чего. Проезжал мимо учебного поля, новики все еще там занимаются.
— Так, лошадей обиходить ведь надо. Вот и отпустил меня дядька Богдан.
— Гляди, Андрей, отстанешь от других в воинской науке, попрощаемся.
— Не отстану. У дядьки Богдана спросите.
— Спрашивал уж. И еще спрошу, — подпустив строгости, произнес Михаил. А потом шутливо толкнул паренька в плечо, — иди уж, гроза бассурман.
Оно и поесть с дороги не грех. Но в то же время и до ужина вроде как время есть. Так отчего бы и не провести его с пользой для дела. Давно уж собирался. И сегодняшний день ничуть не хуже любого другого.
Обернулся на церковь, что практически напротив. К ней уже подтягиваются прихожане, к вечерней. Ежедневно на службы ходят только совсем уж набожные. А так-то посещение не обязательно, за исключением воскресных служб. Что при отношении Михаила к церкви, ему и так за глаза. Но сегодня решил все же сходить.
Зашел в дом, поздоровался с Анной. Моложавая вдова окинула его внимательным взглядом. Что-то там для себя решила. Тихонько вздохнула. Вручила полотенце и пошла заниматься по дому.
