Тараканова корчма — Тарарам да полутьма, Воздух спёрт, зато тепло, Людно, шумно, весело! Стоит только выпить бражки — Жизнь средь этой кутерьмы Будто выйдет из тюрьмы, Из ярма да из упряжки, Из студёной темноты, Из обуз да маяты. Питухам и бог и царь, Бражку в кружку льёт корчмарь. И охрана, и возницы Поскидали рукавицы, Пьют за краткое приволье Да за Ванькино здоровье. Сосипатров сын Анфим Звался по отцу Овца Да удался не в отца, Простодушного стрельца. Блюдолиз и подхалим, Скользкий был, что твой налим, Да хитёр, что та лиса… Но при том имел глаза Синие как небеса, Голос – вкрадчивый родник И вельми пригожий лик. По холуйству хитреца Не водилась челядь с ним, Был зато Анфим Овца Дюже бабами любим. Да и сам он был не слаб, Коли уж дойдёт до баб — До застенчивых девиц Да румяных молодиц.<p>44</p> Ох, и бражка хороша! Полковша за полгроша, Коли грамотно считать, Умножать да прибавлять, И водой не разбавлять, То получится, что ковш Обойдётся ровно в грош. Коль, карманы вороша, Не отыщешь ни гроша — Ты лаптями не сучи, Просто грейся у печи. Ванька мрачен, нелюдим Пьёт степенно, не спеша Из особого ковша — Для корчмы такой питух В уваженьи стоит двух. Примостившись рядом с ним, Шепчет на ухо Анфим: – Знаю, в чём твоя печаль, Отчего душа зудит — Красоту такую жаль Отвозить из дому в скит. – Грош цена той красоте… Нынче времена не те — Даже мужу не нужна Полоумная жена. – Муж-то муж, да столько лет Вроде есть он, вроде нет — Оттого, знать, и свихнулась. Видишь, как всё повернулось… Говорят, тебя она Принародно обнимала Да как будто бы жена Лобызаться заставляла. Сказывают, ты при всех Отказался от утех. – Оттого, что это грех. – Интересное житьё! Грех брать силой не своё. Потакать же барской воле — То для челяди святое. Не сиди тут как болван, К ней ступай теперь, Иван, Да отведай напоследок Сладкий княжеский объедок — Привалил счастливый случай, Вряд ли в жизни будет лучше… – А и то… Такой мороз, Как бы там кто не замёрз… Надо б выйти, осмотреться, Кой-кого прогнать погреться.<p>45</p>
