Вторая центурия появилась точно вовремя, мы с Тархейно обменялись кивками. Гирван занял мое место за «командным» валуном, а я повесил автомат на плечо и заковылял в сторону лагеря.
Шадир встретил нас уже через полсотни метров, и увидев его, я напрягся.
— Спасибо за стойкость, бойцы! — объявил он.
— Служим Гегемонии… — нестройно ответил мое помятое и уставшее воинство.
— Давайте к палаткам, там ужин, — трибун махнул рукой. — А ты давай сюда. Поговорим.
Последнее относилось ко мне.
Шадир выждал, когда мимо пройдут последние бойцы, я поймал раздраженный взгляд Билла — опять американец чем-то недоволен, или Юнесса его отшила? — и мы остались вдвоем.
— Слушай меня, центурион, — он покачался пятки на носок, — и не задавай вопросов. Командование хочет провести глубокую разведку, и для этого в разные стороны будут посланы группы численностью до центурии… и одну из них должна выделить наша когорта. Выбор пал на твою.
Сердце мое заколотилось — что, неведомый бог или боги вняли моим мольбам?
— Сегодня на рассвете группа под твоим командованием должна прорваться на запад, — продолжил Шадир, мрачно глядя на меня. — Ну а дальше… ты будешь действовать по обстановке, не мне тебя учить, как устраивать фокусы с блоком связи и притворяться, что ты не получал приказов.
Я отвел взгляд, и по лицу пробежала жаркая волна — наверняка покраснел.
— Только один момент… — трибун сделал паузу. — Это куда опаснее, чем сидеть тут. Поэтому мы не можем приказать, с тобой пойдут только добровольцы, кто вызовется и захочет. Остальные будут переведены в другие центурии и останутся с нами в лагере. Понял?
— Так точно. Спасибо…
— Тихо! — перебил он. — Сам им объявишь после ужина. Согласятся все — так и быть. Пойдут десять бойцов — ну что же.
На ужин нам выдали ту же кашу с мясом, и оголодавшие за день бойцы вычистили миски мгновенно.
Мне же еда в рот не лезла — сейчас, буквально через пять минут стало ясно, какой из меня командир. Да, я прокачал лидерство до шести тысяч, но не очень понял, как это работает, до гипновещателя на шлем еще не дорос, а пройти разные хитрые курсы, которые мне подгружали, времени не нашел.
Так что может быть никто и не захочет пойти со мной…
— Пора, — Шадир появился рядом.
Я встал, прокашлялся:
— Центурия, стройся!
Последовали несколько мгновений суеты и топота, и перед нами образовался строй. Палатки оказались позади линии из бойцов, моя в центре, и я чуть ли не впервые ощутил себя настоящим офицером.
— Дело такое… — начал я, облизав пересохшие губы, и кратко обрисовал ситуацию. — Добровольцы — шаг вперед.
Строй качнулся, по нему прошла волна, а потом несколько бойцов словно провалились назад. Я не сразу понял, что они этого самого шага не сделали, а вот все остальные двинулись ко мне.
Ну в Дю-Жхе я не сомневался, меня не удивило, что вызвались Магда с Ррагатом, любители пощекотать себе нервы. Но вот Юнесса, зачем ей рисковать ради меня, и Фагельме с ее больной матерью, ради которой она и добывает здесь деньги, и Макс, с которым я поссорился — он должен был остаться!
Ведь на самом деле мы отправимся не на разведку, а добывать Обруч, и если кто погибнет, то по моей вине.
— Э, спасибо, — на душе стало тепло-тепло, я сморгнул влагу и шмыгнул носом. — Неожиданно.
— Нормально, — Шадир хлопнул меня по плечу. — Кто остается — подойти ко мне.
Таких набралось пятеро, со мной осталось семьдесят рядовых бойцов и шесть десятников. Я ждал, что откажется Адриза, но и она неожиданно очутилась в числе добровольцев.
И это было приятно… значит и она в меня верит!
Заново мы построились в ночной тьме, задолго до рассвета, я вскинул на спину тяжелый рюкзак.
— Давай, удачи, — сказал провожавший нас Шадир. — Докладывать дважды в день. Только до определенного момента… Понял?
В этот момент я испытывал к трибуну самую горячую, искреннюю благодарность, и плевать мне было, что он предатель, что он когда-то убил собственного ребенка — именно он дал мне шанс спасти ребенка моего, может быть попытался хотя бы частично искупить вину? Вряд ли он как командир хочет лишиться одной центурии, но все же пошел на это, вызвался сам или вообще как-то спровоцировал это решение командования — я не знал.
В любом случае у меня теперь есть шанс выполнить задание тиззгха, чтобы они от меня отвязались, и добыть Обруч.
О возвращении домой будем думать потом.
В глухой темноте я повел своих по карте и по часам, на забрале щелкал обратный отсчет. Ровно в назначенную секунду началась отвлекающая стрельба — справа и слева, и дальше по кругу, чтобы отвлечь бриан, не дать им заметить уходящие в лес разведывательные группы.
— Побежали! — приказал я, и мы перешли на тяжелую рысь.
Остались позади наши позиции, затем пришлось включить маскировку и какое-то расстояние проползти. Дважды рядом с нами оказались бриан, но оба раза нам повезло, нас не заметили, и вот уже стрельба затихла позади. Мы остановились для небольшой переклички, и убедившись, что никто не отстал, никто не ранен, я отдал приказ «Вперед»!
