- Вот и я тоже, - вздохнул он. - Нет, вообще-то я многое помню, вот только иногда не могу вспомнить самое важное. А с тобой тоже так?
- Нет, - сказал я. - Я иногда могу вспомнить очень мало и сущие пустяки - как, например, мы с Полосом и Ио загоняли свинью... Это вот, рядом с тобой, Ио, а дальше - Полос. Он из сосновых веток постель себе устроил. Но, как и ты, самого важного я не помню. Я как раз перечитывал свои записи, чтобы понять, как оказался здесь, и узнал, что мы ищем некоего мидийца Эобаза, но сейчас его с нами нет. Ты его знаешь?
- Конечно! Ты уже однажды спрашивал меня об этом. Кроме того, ты и еще один варвар расспрашивали о нем моего отца - мы еще тогда в башне сидели. Ты что, забыл?
- Забыл, - признался я.
- Хотя ты в тот раз вопросов моему отцу не задавал. Их задавал другой варвар, такой низенький. Ты помнишь, как пытался освободить нас?
Я сказал, что мне очень жаль и что, как я прочитал в дневнике, попытка эта оказалась неудачной.
- Там, в башне, рядом с нами все время были стражники. Один услыхал какой-то шум и пошел выяснить, в чем дело, но не вернулся, и тогда второй пошел искать его. Вот тут как раз появился ты. Ты принес для нас плащи и шлемы и сказал, что как только мы выйдем за крепостную стену, то легко сможем спрятаться в городе и подождать, пока варвары не уплывут прочь. Но мой отец сказал, что тамошние жители... не помню, как назывался этот город...
- Я тоже не помню, - сказал я. - Продолжай, пожалуйста.
- Что они могут... что они побьют нас, если обнаружат. И он еще сказал, что Ксантипп будет всюду искать нас, потому что ему за нашу свободу обещан огромный выкуп. Отец считал, что Ксантипп возьмет эти деньги, а нас отпустит. Мой отец очень богат... - Мальчик постарался сказать это как можно скромнее. - Он тебя вознаградит, я уверен, если ты отвезешь меня к нему.
- Так, значит, вы просто не захотели пойти со мной? И что же случилось потом?
- Ничего. - Мальчик умолк, глядя в огонь. - Ты ушел, пришли еще несколько солдат, и мы легли спать. Ты проводишь меня на этот корабль?
- На какой корабль? - спросил я.
- На тот, где ты был прежде - вместе с девочкой и с той прекрасной пери.
Я слова "пери" не знал, но он посмотрел на Элату, произнося его. И я сказал, что вряд ли смогу вернуться с ним на корабль, пока мы не найдем Эобаза.
- Да он вон там, - сказал мальчик и показал пальцем.
- А ты откуда знаешь? - спросил я.
- Да я всегда знал, и когда ты меня об этом раньше спрашивал - тоже. Разве ты не помнишь? Я тебе еще сказал тогда, что он едет верхом на лошади, а руки у него связаны.
При этих словах Полос проснулся и сел. Я извинился перед ним за то, что мы его разбудили, хоть и старались говорить тихо.
- Вовсе вы меня не разбудили, - вежливо возразил он. - Мне просто пить захотелось.
- А это... - начал я.
- Артембар, сын Артаикта, - подсказал мне мальчик из Суз. Он постарше Полоса и, по крайней мере, на голову выше.
- Артембар, - повторил я за ним.
Полос на него даже не взглянул (хотя я видел, как он исподтишка на него посматривает).
- Откуда он тут взялся? - спросил меня Полос. - Это ты его позвал?
- Нет, не я. Просто он замерз, увидел костер и попросил разрешения погреться, вот я ему и разрешил.
- Значит, он первым заговорил с тобой? (*42)
- Естественно. А почему это тебя так волнует, Полос?
И тут в разговор вступил Артембар:
- Да, здесь, у твоего костра, я заговорил с тобой первым, но ты ведь уже разговаривал со мной раньше, у другого костра, когда спрашивал об Эобазе. Я обычно не заговариваю с теми, кто никогда еще ко мне не обращался. - Он поколебался и пояснил: - По-моему, так нельзя делать.
- Пойду к ручью, очень пить хочется, - прервал его вдруг Полос, и я дал ему с собой немного вина - смешать с водой для предотвращения возможных болезней. Потом я спросил, не встречал ли он Артембара прежде. Он помотал головой и убежал.
Попробую теперь снова уснуть.
Я только что разговаривал с Эобазом, который говорит на языке эллинов лучше даже, чем Артембар. Он подошел ко мне, когда я точил Фалькату, попросив точило у одного из крестьян. Эобаз сказал, что знает, как отважно все мы бились, спасая его, но ему известно, что больше всех старался я, а потому он хотел бы меня отблагодарить.
- Не в наших обычаях, - сказал он, - чересчур много говорить даже по столь серьезному поводу. Скажу лишь: пока я жив, тебе стоит лишь позвать меня, и я явлюсь.
- Пусть сказал ты немного, - отвечал я, - но вряд ли кто-либо сумел бы выразить в нескольких словах больше.
Он улыбнулся и протянул мне руку, которую я пожал. По-моему, мы оба чувствовали себя неловко. Усмехнувшись, он указал на мокрый брусок, которым я точил меч:
- Видно, ты затупил клинок, срубая головы врагов?
- Нет, - сказал я, - это я вчера ночью вздумал рубить мечом ветки для костра, хоть и подумал еще, что он, наверное, затупится. Однако он почти не пострадал - отличный клинок! - И тут я вспомнил, как ночью к костру моему подошел Артембар, и сказал: - Тут у нас есть мальчик из твоей страны, точнее, из Суз. Ты с ним никогда не встречался?
Эобаз с озадаченным видом покачал головой.
