Эобаз умолк. Он молчал долго, пока молчание не прервала своим вопросом Ио:
- Ну, и неужели же он этого не сделал?
- Нет, он сделал это. Он улыбнулся и пообещал мне, что всех троих оставят в Сузах, когда армия выйдет в поход. На следующее утро, когда армия двинулась на север, мои сыновья действительно остались в Сузах - они лежали на обочине дороги с перерезанными глотками, и каждый воин, проходя мимо, мог видеть, что ждет того, кто... - Эобаз встал и, словно умываясь, провел ладонями по лицу. - Прошу прощения. Вы спрашивали, почему я пытался добраться до Афин, а я вместо того, чтобы сразу ответить на ваш вопрос, стал рассказывать всю эту не имеющую отношения к делу историю. Прошу меня простить - но, по-моему, в данный момент лишь прогулка верхом поможет мне успокоиться.
Когда за ним закрылась дверь, Асет откашлялся и сплюнул в огонь.
- Вообще-то одному ему лучше бы не ездить, - сказал он, - но можете считать меня дураком, если знаете, как сейчас увязаться за ним.
Детский голосок из дальнего конца комнаты воскликнул:
- Я поеду с ним, господин мой. Он меня и не заметит.
Все обернулись. Но это оказался отнюдь не богато одетый персидский отрок (как я подумал сперва), а совсем еще маленький мальчик, одетый в рваную овечью шкуру.
- Полос! - воскликнула радостно Ио, но он уже выскользнул за дверь. И через секунду мы услышали стук лошадиных копыт. Ио вскочила: - Господин мой...
- Ни в коем случае! - Я схватил ее за руку и заставил снова сесть.
- Я только хотела спросить его, где он был все это время, - пояснила Ио. - Я его со вчерашнего вечера не видела.
- А разве он раньше был с нами?
- Да, с тех пор, как мы побывали в священной пещере Матери богов, сказал Эгесистрат. - А сегодня утром ты говорил, что вы с ним долго беседовали у костра вчера ночью, а потом он пошел за водой, да так и не вернулся. Полагаю, он шел по нашему следу.
Элата, которая, как мне кажется, редко говорит сразу с несколькими людьми, сказала вдруг:
- Он старается по возможности быть полезным, да и душа у него счастливая - я рада, что он решил остаться с нами. Однако твой хозяин прав, Ио. Ночью улицы этого беспокойного города вовсе не место для юной девушки.
Чернокожий тоже выразительно закивал, поддерживая Элату.
Эгесистрат снова наполнил свою чашу и сказал:
- По-моему, они скоро вернутся. Если одному из них и хочется с кем-то подраться, особой беды в этом я пока не чувствую. А нам, Ио, по-моему, сейчас лучше грызть орехи да рассказывать истории о призраках. О наших отсутствующих друзьях беспокоиться не стоит. Вот ты мне как-то рассказывала одну замечательную историю, еще на корабле - о том, как твой хозяин был свидетелем действий некроманта, заставившего встать из гроба мертвую женщину, помнишь? Сам он, разумеется, вспомнить эту историю не в состоянии. Вряд ли все остальные здесь ее слышали, так почему бы тебе снова не рассказать ее?
- Ах это! - воскликнул Асет. - Клянусь Девственницей (*45), никогда в жизни мне не было так страшно! Ио там, между прочим, не было. Полагаю, что ей все это поэт рассказал - он тоже был родом из Фив. Ты-то, надеюсь, такими вещами не занимаешься, Эгесистрат?
- Некромантией? - Прорицатель покачал головой. - Один или два раза я вызывал духов, одному даже задавал вопросы. - Он поболтал вино в чаше, любуясь бликами на его поверхности, потому что они гораздо больше могли сказать ему, чем, предположим, мне. Помолчав, он снова заговорил: - А ведь духи людей становятся все более злобными, вы заметили? Раньше чаще попадались всего лишь заблудшие души, которым удалось выбраться из Царства мертвых или же вообще не довелось побывать там; такие духи ничуть не хуже живых людей, а часто даже и лучше. Таковы были и те, о которых мне в юности рассказывали мои учителя. И те, с которыми мне довелось встретиться самому. Но теперь меж них затаилось зло. - Он снова помолчал. - Кто-нибудь из вас слышал историю капитана Убрия? Вы знаете о Белом острове?
Асет покачал головой; чернокожий, Ио и я тоже.
- Это было за два года до войны, так он мне говорил. Его корабль вышел из устья Истра (*46), окутанного густым туманом, когда впередсмотрящий крикнул с мачты, что слышит музыку и хлопанье множества крыльев. За разговором они, наверно, их не замечали, но тут прислушались и действительно услышали эти звуки, а вскоре поняли, что перед ними не густой туман, а остров с белыми утесами и полоской белого песка на берегу. Убрий рассказывал мне, что с детства плавал в этих водах и отлично знал, что там такого острова нет и быть не может. И все же он был там!
- И что же он сделал? - спросила Ио.
