Зверь был очень умен и хитер, он знал вампира, который часто являлся в его дом. Подкравшись к нему, вожак знал, что жертва посмотрит именно в эту сторону. Джон попался. Наконец за столько лет их глаза встретились. Остальные тигры начали окружать вампира, но ближе чем на пять метров они не подходили. Эта жертва не являлась общей добычей. Джон предназначался вожаку племени. Будь вампир силен как раньше, зверь бы ни за что не подошел к нему, но зная, что Джон ранен, хищник, воспользовавшись моментом, сам сделал ему вызов.
Приближаясь к жертве, тигр не скалил зубы и не издавал рев перед атакой, он знал, что эта добыча очень легкая и не причинит ему зла. Сблизившись лоб в лоб, вампир и зверь не отрывали своих глаз друг от друга. Джон теперь точно знал, как и где он встретит свой конец, поэтому смотрел в глаза своей смерти до последнего.
— Давай! Нечего тянуть! — еле пошевелив синими губами, прошептал Джон.
Тогда зверь, аккуратно наступив на живот вампира передними лапами, выпустил когти, которые впились очень глубоко в его холодное тело. Затем, широко раскрыв кровавую пасть, хищник медленно, словно боясь, ухватил Джона за плечо. Его клыки неспешно входили в плоть вампира. Вскоре резкими движениями вожак стал разрывать зубами его плечо. Джон не чувствовал боли, но он отчетливо слышал хруст, который раздавался от ломающейся ключицы и остальных костей. Поняв, что кости так просто не сломать, зверь вонзил свои клыки в шею, но в тот же миг раздался рев, доносящийся со стороны трупов. Вожак отвлекся: вынув зубы из плоти своей жертвы, он устремил глаза в сторону. Джон также обратил внимание на до безумия знакомый ему рев.
Медленно приближаясь, к ним шел Аргус. Оскалив кровавую пасть, он смотрел то на хозяина, то на врага. Черный волк не наступал на заднюю лапу, из которой торчала белая кость. У зверя не было одного уха, его шерсть в некоторых местах была вырвана вместе с кожей. Из множества ран на его теле лилась кровь. Аргус никогда не ступал на порог белой скалы раньше, потому что боялся хищников, что обитали там, но в этот раз в его глазах не было страха. Он явился сделать вызов вожаку, чтобы защитить своего хозяина.
Расступившись перед бойцом, остальные тигры не думали вмешиваться в предстоящий поединок. По законам стаи тот, кто победит вожака, станет их новым вожаком, будь то человек, вампир или волк. Казалось, что шансов у Аргуса нет, зверь был в три раза крупнее него, а значит сильнее. Это как поединок между собакой и медведем.
Возмущению вожака не было предела, оскалив пасть, он громко заревел и, медленно шагая, приближался к врагу. Волчий и тигровый рев слились в один, два хищника кружили вокруг друг друга, изучая свой запах и готовясь к смертельному бою. Они знали, что только один из них останется в живых.
Наконец вожак сделал первый ход. Он накинулся на своего врага: острые когти тигра вцепились в ребра волка, а длинные клыки вонзились в его плоть. Издав протяжный вой от мучительной боли, Аргус упал на землю. Тигр трепал его изо всех сил, вырывая ребро за ребром своими острыми клыками. Схватив тигра за переднюю лапу, волк также стал ломать ее, дергая в зубах. Завопив от боли, вожак отпустил зверя, после чего вскочив на лапы, Аргус вцепился пастью в вожака.
Катаясь по земле, хищники рвали друг друга зубами и когтями, оставляя за собой алые брызги крови. Сквозь их вопли и рев был слышен хруст ломающихся костей и треск рвущейся шкуры. Черный волк был во много раз слабее, поэтому тигр часто, хватая его за шкуру, мощными ударами кидал о стены. Но, каждый раз поднимаясь, Аргус снова бросался в неравный бой. Длинные клыки вожака вонзались так глубоко в тело черного зверя, что каждый такой укус разрывал его органы, доставляя зверю сильную боль и смертельные раны.
Вонзив в грудь тигра свои когти, волк впился зубами ему в шею, в то время как вожак также, обхватив маленькое тело врага лапами, вцепился клыками в его голову, ослепив волка на один глаз. Лежа на земле, они громко рычали. Согнув задние лапы, Аргус выпустил когти и одним сильным рывком, оцарапал брюхо вожаку. Завопив от боли, тот вырвался из хватки соперника и, отскочив в сторону, стал крутиться на месте от дикой боли, которую доставляли ему глубокие порезы на животе.
Еле поднявшись на дрожащие лапы, Аргус не решался снова идти в бой. Изнывая от дикой боли в разорванном глазу, он крутил головой в разные стороны, разбрызгивая кровь на каменные стены. Не заметив приближающегося врага, волк снова был атакован. Два зверя опять стали кататься по белым камням, разрывая друг друга на части.
Наконец, когда длинные клыки в очередной раз пронзили грудь волка и вырвали пару ребер, Аргус сдался. Зверь понял, что его волчьи зубы не в силах одолеть столь крупного хищника.
