Но самое глубокое впечатление на молодого конгрессмена произвел тот энтузиазм, с которым старшие сотрудники посольства бросались на помощь к женам конгрессменов, предлагая показать им лучшие места для покупок в Париже. После того как Чарли провел две недели в роскоши, о которой он раньше не мог и помыслить, самолет ВВС приземлился на авиабазе Эндрюс, где произошла демонстрация уважения к власти и престижу Конгресса, запомнившаяся Уилсону до конца его службы. У взлетно-посадочной полосы выстроились два ряда микроавтобусов с именами каждого члена делегации, крупно выведенными на табличках под ветровым стеклом. Как только самолет остановился, отряд людей в форме быстро прошел в грузовой отсек и разложил по машинам многочисленные покупки, сделанные во время служебной командировки. Даже не заикнувшись о таможне, офицеры ВВС увезли председателя и его добычу — два микроавтобуса, под завязку набитые антикварными вещами, — в округ Вашингтон.
Тогда Чарли открыл для себя, какой сладкой может быть работа в Конгрессе, если вы состоите в нужной комиссии и знаете, к кому обратиться. С годами Чарли стал одним из первейших мастеров-ремесленников, переплавлявших свои дела в подкомиссиях по ассигнованиям в удобства и прелести личной жизни. Это имело чрезвычайно важное значение для Чарли, поскольку он не имел абсолютно никаких собственных денег. Фактически весной 1985 года в местных техасских газетах написали, что ему выпала честь быть беднейшим членом техасской делегации с отрицательным личным балансом, оцениваемым в один миллион долларов. Для Чарли одна из радостей работы в Конгрессе заключалась в том, что во время служебных командировок он не нуждался в деньгах.
В ту ночь, когда элегантный Восточный экспресс приближался к Парижу, а Чарли отпраздновал свой пятьдесят второй день рождения, магия его власти покорила Аннелизу Ильченко. Она быстро забыла унижение на борту авианосца «Саратога» и была очень довольна обществом этого обаятельного мужчины, благодаря которому она чувствовала себя так, как будто снова выходила на сцену в финале конкурса «мисс Мира».
Однако для Уилсона эта поездка вскоре превратилась в мучительную и пугающую неопределенность. Еще до праздничного ужина ему казалось, что у него проявляются симптомы серьезного физического недомогания. В Марокко уже был один инцидент, когда он не смог переплыть бассейн у отеля «Мамуния». Он предположил, что боли в груди были вызваны расстройством кишечника — вероятно, от местных огурцов, которые он ел вместе с марокканскими военными. В поезде между смехом и анекдотами он убедил себя, что ощущение пустоты в груди и холодный пот — всего лишь побочные эффекты кишечной проблемы.
В Париже Чарли был лишь одним из целой команды сенаторов и конгрессменов, совершавших ежегодное паломничество на авиасалон. Но поскольку он был старшим членом комиссии по оборонным вопросам, то знал, что Ильченко встретит самый радушный и почетный прием у каждого нормального оборонного подрядчика. И действительно, послания от лоббистов потоком хлынули в номер отеля: приглашения в театр, на званые ужины и коктейль-пати.
Предполагалось, что Париж станет кульминацией поездки, но Аннелизе выпало постоянно сталкиваться с несчастьями во всех своих путешествиях вместе с Чарли. После первого ужина в Париже Уилсон вышел из ресторана и не смог сделать ни шагу дальше. «Я отвела его в номер, — вспоминает она. — Он задыхался и не мог лечь. Впоследствии мы узнали, что его легкие были буквально наполнены кровью».
Многолетнее пьянство наконец взяло свое. Сердце Уилсона было пропитано алкоголем и едва функционировало. Когда его доставили в американскую клинику, где недавно умер Рок Хадсон, его кровяное давление было таким низким, что медсестрам понадобилось 32 попытки, чтобы впрыснуть лекарство в его вены. В критическом состоянии его эвакуировали в военный госпиталь США в Рейне (Германия) для предварительного лечения.
Врачи держали его на разжижителях крови и стимуляторах, чтобы полуразрушенное сердце продолжало биться. Но даже в этом тумане, после того как Уилсон обнаружил, что госпиталь был построен Германом Герингом для пилотов Люфтваффе, воображение подсказало ему причину, по которой он оказался здесь: «Я представил себя раненым пилотом с другой стороны, который едва дотянул до дома на расстрелянном «мессершмитте».
Через десять дней, как будто Чарли был настоящим военным героем, он проснулся и обнаружил у своей постели генерала, руководившего военным госпиталем. Уилсону сообщили о звонке из Белого Дома. Он был нужен президенту в Вашингтоне. Может ли он немедленно прилететь домой, чтобы подать свой голос за Рональда Рейгана ради спасения «контрас»?
Для антикоммуниста из Восточного Техаса это было равнозначно приказу главнокомандующего. Огромный самолет ВВС приземлился на аэродроме с командой медиков на борту, чтобы перенести конгрессмена через Атлантику ради спасения никарагуанских «борцов за свободу». «Это заставило меня почувствовать себя настоящим великаном».
