Первый знакомый, к которому он обратился — руководитель одного из подразделений Латиноамериканского отдела, — и глазом не моргнул, когда Гаст объяснил, какая услуга ему нужна. Его не смутило даже предупреждение, что это может оказаться незаконным и по меньшей мере вызовет ярость Джорджа Клэра. Если бы его ранг был хотя бы на одну ступень выше, Джордж бы автоматически получил уведомление о новом назначении Авракотоса, но судьба распорядилась так, что Гаст обрел безопасную гавань, не засветившись на радарном экране своего бывшего начальника. Теперь время было на его стороне. «Без этой должности я бы погиб, — позднее вспоминал он. — Поэтому я пошел ва-банк».
Авракотос выиграл время, но для решения следующей задачи ему пришлось обратиться к очень необычному и практически невидимому соратнику. Все знали, что Гаст обладает даром заводить врагов в собственной организации. Это неизменно преграждало ему путь к высотам, куда мог бы привести его многочисленные таланты. Но мало кто знал о разветвленной сети тайных союзников, выстроенной им за годы службы в ЦРУ. Эти люди были готовы прийти ему на помощь в таких обстоятельствах, которые для других были бы немыслимы.
Авракотос был далеко не первым оперативным сотрудником ЦРУ, осознавшим ценность рядовых членов разведывательной организации. Каждому американскому шпиону за рубежом известно, что одними из самых ценных объектов для вербовки во вражеской спецслужбе являются сотрудники нижнего звена: шифровальщики, секретари, курьеры и так далее. Но очень редко встречаются оперативники, которые сознательно заводят друзей среди «черни» в собственной организации. Авракотос всегда чувствовал себя удобнее среди этих представителей низшей касты, чем рядом с холеными высокопоставленными офицерами секретных служб. Он стал водить знакомство с ними, начиная с первого дня своей работы в ЦРУ.
При любой возможности Гаст старался приходить им на помощь. Он стал защитником несправедливо обиженных и презираемых. И наконец, он никогда не скрывал от них своего отношения к сотрудникам «голубых кровей».
Самой характерной чертой этой сети был ее этнический состав. Большинство «тайных агентов» Авракотоса были афроамериканцами и не могли понять, почему они хранят верность человеку, который в лицо называет их «ниггерами». Для Авракотоса все было просто. Он находил общий язык с афроамериканцами, потому что они ничем не отличались от него. «Если ты выходец из Эликиппы и служишь в ЦРУ, то черный ты или нет, тебя все равно считают ниггером», — говорит он. По словам Норма Гарднера, заместителя Клэра Джорджа, наблюдавшего за этой системой в действии, «просто поразительно, как Гасту удавалось убеждать темнокожих сотрудников выполнять его поручения в Агентстве».
Во время семимесячного пребывания Авракотоса в глубоком подполье ЦРУ афроамериканские друзья оберегали его укрытие и ежедневно снабжали его оперативной информацией. «Сегодня не ходи на шестой этаж, Клэр собирается быть там; во второй половине дня держись подальше от кафетерия». Они даже организовали для него парковку на одной из VTP-стоянок Агентства. Это может показаться мелочью, но единственно верный способ судить о статусе сотрудника ЦРУ для непосвященных — посмотреть, на какой стоянке стоит его автомобиль. Агенты, возглавляющие крупные программы, ставят свои машины возле штаб-квартиры. Для Гаста было важно, что его место находилось у бокового входа, что позволяло ему избегать главных лифтов. Они получили пропуск у охраны, назвав меня врачом, который приезжает на консультации», — говорит Авракотос.
В течение семи месяцев Авракотос и его невероятно преданные союзники водили за нос всю систему безопасности Агентства. С каждым следующим днем Клэр Джордж оказывался во все более затруднительном положении. Что он скажет, если о странных действиях Авракотоса станет широко известно? Как он объяснит, что позволил старшему сотруднику ЦРУ исчезнуть на несколько месяцев без какого-либо приказа или назначения? Для самого Авракотоса это было рискованное представление — поразительная демонстрация его оперативных навыков. Но в конце концов, это победа ничего бы ему не дала, если бы он не смог вернуться в строй.
В этой истории судьба имеет любопытную привычку вмешиваться в самый подходящий момент. Когда Гаст находился в подполье, сразу же после того, как Клэр Джордж сорвал его запланированное вступление в оперативную группу по работе с «контрас», его темнокожие друзья сообщили об открытии Ближневосточного отдела ЦРУ. Этому событию предстояло решительно изменить его судьбу. По воле случая, учреждение нового отдела свело Авракотоса с другим старым знакомцем, одним из немногих «аристократов» в ЦРУ, которые ему действительно нравились. Джон Макгаффин подружился с Авракотосом еще в те дни, когда возглавлял оперативный пункт Агентства на Кипре. Теперь Макгаффин возглавлял афганскую программу. Во время беседы в кафетерии он был поражен, когда услышал полную версию недавних приключений Авракотоса.
