Она беспомощно оглядела мокрые ивовые кусты вокруг, камни под ногами, и вдруг ясно поняла, что на этой неласковой чужой земле, здесь и сейчас, ей и придётся умереть.
- Ты действительно лечишь?
Она непонимающе поглядела на него.
- Мне сказали, что ты... лечишь, - повторил он, чуть замявшись, теперь с тенью... раздражения? неловкости?
я лечу?
лечу
улечу
- Ты что, оглохла? - он повысил голос, и она передёрнулась.
Нахлынула слепящая ярость, и вдруг стало жарко.
- Нет! Я не оглохла! И лечить вас не буду! Застрелите меня, и закончим с этим!
- Что, не боишься умереть? - Голос его опять стал бесстрастным. - Но умирать-то можно по-разному.
- Знаю! Я уже год здесь! И я не боюсь, понимаете? Я... - Она осеклась.
Что-то вокруг неё, внутри неё ждало. Ждало, затаившись. Потайная пружина дрогнула, начиная раскручиваться.
В небе глухо рокотнуло, и заколотилось сердце.
- Простите. - Она подняла голову, прямо глядя ему в глаза. - Я забыла, что я должна. Я сделаю то, что должна...
хоть чучелом, хоть тушкой
- ...а вы делайте то, что вы должны.
Мир вокруг ждал... ждал её.
- Разожгите костер, - сказала она тихо.
Он ещё постоял, потом кивнул, сдвинув автомат на спину. Она отвернулась, сняла обувь. Босые ступни сперва загорелись от холода и влаги, потом враз онемели, почти не чувствуя ни мелких острых камешков, ни сучьев.
Что-то надвигалось.
Маленький костёр задымил, разгораясь.
Голова стала лёгкой, как воздушный шарик, сердце колотилось всё быстрее, что-то подступало всё ближе и ближе.
чтение мыслей на расстоянии, материализация духов и раздача слонов
- Дальше? - хрипло спросил он.
- Когда скажу... дадите мне руку.
Дымок тянулся к небу, в котором что-то снова зарокотало - ближе, ближе...
Что-то надвинулось вплотную.
Её черёд.
Он вздрогнул, когда она вошла в кострище босыми ногами и ладонями вверх протянула ему обе руки. Помедлив, стиснул её пальцы.
Она запрокинула к небу лицо, - упали первые капли дождя, - и еле слышно заговорила.
И стала дождём, землёй, ручьём, небом, этим человеком, застывшим напротив.
конец не наступит
сколько ни тянись
со всей земли
ко всем небесам
сколько ни прикасайся
к заветным вещам
сколько ни успокаивай
боли всех времён
конец не наступит
Она разжала сведённые пальцы, и земля ринулась ей в лицо.
* * *
"Война закончится только тогда, когда и "борцы за народную свободу", и "защитники конституционного порядка" соизволят-таки подумать о несчастном народе. Неужели их амбиции стоят таких жертв, таких разрушений!? Помяните мое слово: они не договорятся между собой. Но погибших не вернешь, а взаимная ненависть будет переходить от поколения к поколению...".
(Абузар АЙДАМИРОВ)
* * *
Очнулась она от лютого холода. Вокруг никого не было. Гроза, отгрохотав, сменилась мелкой моросью. Одежда, волосы - хоть выжми.
крупозное двустороннее
ревматизм
менингит
а мы выбираем "Пепси"
Она попыталась встать, опершись на поваленный ствол, - мир закачался и поплыл, - и стало ясно, что до менингита просто не удастся дожить.
Человек, который только что был ею, вдруг снова возник рядом, и она даже не удивилась. Не удивилась и протянутому радиотелефону.
- Звони Бесу, пусть тебя забирает, - сказал он нетерпеливо. - Ну!
может, лучше сразу харакири?
Скрюченные пальцы слушались плохо.
- Говори номер! - Он забрал трубку из её руки. - Быстрее!
Закрыв глаза, она медленно назвала цифры.
только бы не ответил!
- Получше смотри за своими женщинами, Бес. Возле ручья. В лесу...
в лесу раздавался топор дровосека
- ...По левому берегу. С километр. Всё.
и я сам буду молиться за вас
Серые глаза человека, которым она только что была, ещё раз встретились с её глазами.
Потом он повернулся и растворился в лесу.
Рядом раздались знакомые взволнованные голоса, но она больше не поднимала головы, даже когда её трясли за плечи.
Дёрнулась только, когда прозвучало слово "больница".
- Только не в больницу! - прохрипела она. - Ничего не случилось. Всё в порядке. Я... я просто заблудилась. Поедем домой. Пожалуйста...
пускай проходят века
по небу едет река
и всем, кто поднимет глаза
из лодочки машет рука
* * *
"Что такое заложник? Это - раб, которого можно выкупить. А чеченцы давно торгуют рабами. И у себя в Чечне брали рабов, и на границе с Чечней брали. Я знаю несколько случаев из последней войны... Вот чеченский боевик в окопе полгода находится, и чисто физиологически он все равно должен как-то удовлетворять себя, правильно? А тут - в Ставропольском крае - женщины. Почему не забрать? Ему понравится одна, он с ней переспит, а потом другому передаст, и так начинается ее рабство. Подумаешь, это же не человек - это русская".
(Пол ХЛЕБНИКОВ)
* * *
А в зеркальце она увидела то, что ожидала увидеть - хороший добрый кровоподтёк пониже правого глаза.
я ль на свете всех милее
всех румяней и белее
ну и рожа у тебя, Шарапов
Она попробовала встать, - щиколотки подворачивались, рубашка Аминки была на пару размеров больше, и подол её путался в ногах.
жалкое зрелище
душераздирающее зрелище
кошмар
и с этой стороны ничуть не лучше
- Талгатовна, ты как там? Ты встала, что ли? - Шёпот Бека, просочившийся из-за двери, был зловеще-инфернальным.
