- Бешеная, кончай придуряться, а? - вздохнул Бек. - Пушков. Помнишь, ты ещё рвала и метала?
"Пояс шахидки", "Кровник", "Смертник", "Русский спецназ" и прочие изумительные произведения этого творца, наводнявшие российские прилавки, достойны были, на её взгляд, только одного - статьи УК "За разжигание межнациональной розни".
Она опустила взгляд. А через секунду, потянув с головы лёгкую косынку, взлохматила пальцами волосы.
- Ты чего? - Бек вытаращил глаза.
- У меня есть мысль, и я её думаю... - пробормотала она, решительно стряхивая ладонь Бека со своего локтя и ввинчиваясь в толпу.
Писатель был старше её лет на десять, лысоват челом и одутловат ликом, но молодецки расправил плечи под пятнистым комбезом, когда она, отстояв маленькую очередь, скромно присела перед его столом и открыла в ожидании автографа титульный лист его последнего шедевра, только что купленного.
"Солдаты удачи".
а дача у моря
- Кому подписываю? - Он нацелился ручкой на страницу, глянув выжидающе и оценивающе.
Оценивать было что.
- Алисе, - пролепетала она, вскидывая ресницы разрекламированного тройного объёма. И глазки в их тени - ничего себе, а уж ножки...
а уж рожки...
- А можно написать "С любовью"? - спросила она тихонько, снова на секунду взметнув робкий взгляд.
- Нужно! - горячо заверил писатель. - Кстати, меня зовут Лев Николаевич...
- Очень приятно! - воскликнула она. - Я все-все ваши книги покупаю, Лев Николаевич!
вот книга "Каренина Анна"
ты на ночь её не читай
от жизни такой распоганой
попала она под трамвай
- А почему, собственно? - Лев Николаевич приосанился ещё больше - вот-вот затрещит камуфляж. - Для такого... гм... нежного создания... такое суровое чтение...
- Я обожаю читать про настоящих мужчин! - Она лихо закинула ногу на ногу, как Шарон Стоун в "Основном инстинкте", спиной ощущая сверлящий взгляд Бека.
- Только... читать? - писатель несколько понизил голос, и она осознала наконец, что чувствует на охоте хищник.
песец подкрался незаметно
- Ну почему же... не только... - она медленно провела языком по приоткрытым губам.
Шарон Стоун услужливо уступала место Сильвии Кристель.
каникулы Эммануэль
Мысль об Ахмаде равномерно вспыхивала в мозгу красным стоп-сигналом.
руку жали, провожали
врали, срали, рожали, убивали
подавали знаки тебе и мне, которые
глазами не увидеть
мозгами не понять
Очередной камуфлированный поклонник таланта Льва Николаевича нетерпеливо кашлянул позади неё.
- Может быть, мы продолжим нашу беседу в более приятной... и приватной обстановке? - Лев Николаевич решил ковать железо, не отходя от кассы.
Помедлив несколько секунд, она кивнула и раскрыла вишнёвую раскладушку новёхонького "Самсунга":
- Я дам вам свой номер. Можно?
- Нужно! - писатель начал повторяться. Впрочем, его творения нетривиальностью тоже не блистали.
Зная, что он смотрит вслед, она удалялась неторопливо, покачивая всем, что покачивалось.
И поспешно свернула за угол, увлекая за собой догнавшего её Бека.
- Спятила?! - только и выговорил тот. - Чего ты хочешь?!
живьём брать демонов!
- Чтобы он получил своё! Эти его... книжонки, они ничуть не лучше, чем какой-нибудь... Кадет!
- А... как?
* * *
"Кто-то из полководцев сказал, что за каждым подвигом всегда скрывается чье-то преступление. И чеченская война - самое свежее тому подтверждение.
Наверное, она - от начала и до последнего дня - была соткана из больших и малых измен, предательств и лжи.
Предавали штабы и главкоматы, когда на войну отправляли собранные наспех части, необученные, неслаженные, на неисправной технике с неисправным вооружением. Гнали, по сути дела, на убой, а наверх докладывали о том, что подготовка и укомплектование выполнены в полном объеме, обрекая тем самым тысячи солдат и офицеров на бессмысленную смерть.
Предавали впрямую и беззастенчиво, когда секретная информация из московских и моздокских штабов в считанные часы доходила до боевиков. И впустую работала артиллерия, умывались кровью наступавшие полки, попадали в засады колонны".
(Владислав ШУРЫГИН)
* * *
Когда номер писателя погас в окошке телефона, она бросила мобильник в сумочку и в последний раз поглядела в зеркало. Платье, в котором она когда-то гастролировала в казино, всё ещё сидело, как влитое. Хотя чуть-чуть тесноватым стало в боковых швах.
- Бешеная... - пробормотал Бек. - Может, всё-таки завяжем с этим делом, а? Пока не поздно.
- Сдрейфил? - нежно спросила она.
- Кто?! Я?! - задохнулся тот. - Окей, проблем яц!
- Лиска... - вступил Гелани. - Если Ахмад с Бесом узнают...
- Не узнают, - твёрдо сказала она и переглотнула. - Всё получится. Этот... червяк, он только у себя в книжках крутой. КIилло (трус)!
- Тебе бы, блин, военные операции планировать! - буркнул Бек. - Ладно. Главное - заранее настроиться... По Кастанеде. Значит, так. Сперва нас будет мочить Бес. Потом - твой... Нет, сначала - твой, потом - Бес...
для тех, кто попадает в Бастилию, не бывает никакого "потом"
- Я позвоню, когда мы поедем к нему из ресторана, - поспешно бросила она, открывая дверь.
- А точно поедете? - крикнул Бек ей вслед.
Обернувшись, она ехидно улыбнулась.
и твоя голова всегда в ответе
