В нескольких километрах громыхал бой, оттягивая на себя ресурсы противника. Границу группа прошла без происшествий. В назначенной точке их ждал исхудавший злой боец Шрам. После провала тайника на Ильинской ферме диверсант провел в лесу несколько дней.
Шрам вылез из кустов в грязной форме и первым делом спросил:
— Пожрать есть?
С ним поделились протеиновыми батончиками. Пока Шрам жевал, группа разобрала вооружение из тайника. Вольф закинул автомат с глушителем за спину и приказал:
— Желтые повязки снять. Шрам, веди в Доляны.
В эвакуированной деревеньке найти единственный жилой дом было не сложно. Во дворе беленой избы сушилось стиранное белье. Вид детских распашонок приободрил Вольфа. Всё идет по его плану! Бэкдор — лазейка к успеху.
Двоих бойцов Вольф оставил дежурить снаружи, а сам вместе со Шрамом и Жуком вошел в дом. Их встретила настороженная женщина средних лет.
— Мой муж — полковник Артемов. Вы от него?
— От него, — кивнул Вольф, проходя в комнату.
— С утра так сильно стреляют. Что случилось? — беспокоилась жена командира части.
Вольфа интересовало другое:
— Где дети?
Пронырливый Жук открыл дверь в соседнюю комнату и осклабился:
— Туточки.
На кровати сидела Юля и кормила младенца грудью. Рядом с ней лежал и посапывал уже сытый запеленатый малыш. Вольф оценил дородную девку с налитой грудью и сомнением посмотрел на плоскую сорокалетнюю Татьяну Артемову.
— Чьи дитятки?
— Мои! — хором откликнулись женщины.
— Корми! — потребовал Вольф от Артемовой.
— Я позвоню мужу.
Вольф выхватил у Татьяны телефон, оттолкнул женщину. Она испугалась:
— Вы кто?
Голодный Шрам шуровал по шкафам, нашел нечто странное и вытащил на всеобщее обозрение силиконовый живот на подвязках с выпуклым пупком.
— Це шо?
Покрасневшая Татьяна метнулась к нему:
— Отдай!
Шрам резко отмахнулся автоматом. Удар прикладом пришелся женщине в висок. Встречные движения усилили толчок, Татьяна рухнула как подкошенная. Юля, видевшая это, вскрикнула. Младенец на ее руках бросил грудь и запищал. Второй малыш проснулся и разразился криком.
Татьяна лежала на полу без движения. Губы Вольфа скривились от досады. Он приказал Шраму:
— Плесни воды.
Шрам окатил женщину водой из ведра. Она не шевелилась. Он пнул ногой, пнул посильнее. Наклонился, ощупал и скривился в ухмылке:
— Сдохла.
— Идиот, — процедил Вольф, разглядев проломленный висок.
— Це командирская жинка, — оправдывался диверсант.
Дети визжали. Вольф накинулся на Юлю:
— Заткни сосунков! Ты кто? Документы!
Юля обхватила кричащих младенцев, прижала к себе и указала испуганным влажным взглядом на комод. Вольф выдвинул ящик, нашел ее украинский паспорт.
— Саенко Юлия Сергеевна. Ахтырка, Сумской области.
Он уже понял, что Татьяна Артемова имитировала беременность, а рожала молодая дура с Украины. Наследник ошибся. Родных детей Артемова здесь нет.
Шрам нашел кастрюлю с холодным супом и уселся есть. Жук отчитывал Юлю:
— Так ты наша дивчина. А шош ты, сучка, с москалями спуталась! Бери сосунков и вертайся в Украину. Нам потребны будущие воины.
Вольф полистал бумаги из комода. Увидел договор о суррогатном материнстве. Вчитался. Юле Саенко подсажены две оплодотворенные яйцеклетки заказчицы. Биологическими родителями являются супруги Артемовы. Это дети командира части! План «Бэкдор» в силе. Полковника Артемова можно шантажировать!
Приободренный Вольф указал Жуку на убитую:
— Прикопайте бабу в огороде.
Жук вместе с часовыми утащил тело. Шрам, голодавший несколько дней жадно ел. Вольф позвонил Артемову и продемонстрировал крик младенцев.
— Полковник, слышишь? Твои дети у меня.
— Кто это? Дайте жену!
— Я агент Вольф, и пока добрый. Пусть жена успокоит детей, а мы поговорим.
Из-за визга младенцев Вольф вышел из дома, чтобы выдвинуть условие.
Оставшийся в доме Шрам насытился, громко рыгнул и подошел к Юле.
— Шо сиски прикрыла? Я бы побачил.
Юля теснее прижала к себе детей и попыталась отвернуться. Шрам выхватил младенцев, швырнул на кровать. Малыши заорали в голос. Шрам сдернул Юлю с кровати с детьми, потащил к противоположной. Плюхнулся на матрас, схватил Юлю за волосы и с силой дернул вниз, так, что она рухнула перед ним на колени.
— Ты дивчина, я хлопец. А шо украинская дивчина повинна робить для хлопца?
— Якшо ты украинец, видпусти, — взмолилась Юля.
Шрам хлестко ударил ее по щеке, накрутил волосы на кулак, задрал лицо и угрожающе зашипел:
— Я тока к москалям через кордон пришел, такую как ты в баньке встретил. Голая, а брыкается. Так я ее зарезал. Усекла? — Он пихнул девушку лицом себе в пах и расстегнул ширинку. — Уж постарайся, курва, а то сосункам шею сверну.
По щекам Юли катились слезы. Это не украинцы, это бандиты. Она уперлась рукой в кровать. Пальцы скользнули под матрас и коснулись металла. Пистолет! Татьяна хранила переданный мужем пистолет у себя под матрасом.
«На крайний случай», — говорила Таня и обучила, как действовать.
Разве сейчас не край?
