Анжела изогнулась, ухватилась за подлокотник и кое-как впихнулась в кресло. По ходу заметила, что к креслу приделаны два коротких ремня. Анжела положила их себе на талию и завязала бантиком.
— Дура, там застежка есть, — прокомментировал эти действия голос из шлема.
Теперь, когда он звучал ближе, было несомненно, что он принадлежит искусственному интеллекту, называющему себя богом Каэссаром.
— Сам дурак, — отозвалась Анжела. — Недосуг мне с застежками разбираться, разобьюсь же!
Голос засмеялся, а она подумала, что падение длится ненормально, неадекватно долго. Сколько она тут телепается в невесомости? Минуты две, не меньше. Это же какой глубины колодец должен быть…
— Надень шлем, — приказал голос. — И забрало опусти.
Анжела надела шлем и переспросила:
— Чего опусти?
— Забрало, — объяснил бог Каэссар. — Щиток такой на глаза.
Анжела опустила забрало и взвизгнула. Кабины больше не было, Анжела зависла в бездонной, беспредельной пустоте, половину которой занимает черное звездное небо, посреди которого противоестественно сверкает дневное светило (когда на него смотришь, звезды исчезают, отводишь взгляд — снова проявляются, интересно). А вторую половину вселенной занимает гигантский бело-черно-зелено-голубой шар, который…
— Это Барнард? — спросила Анжела.
— Быстро сориентировалась, — откликнулся бог Каэссар. — Да, это Барнард, твоя Родина. Мы в космосе.
— Для тех, кто следует путем Геи, весь мир — космос, — процитировала Анжела священное писание.
— Избавь меня от демагогии, — сказал бог Каэссар. — Я путем Геи не следую.
— Следуешь, — возразила Анжела. — Все живое следует путем Геи, и неважно, осознаешь ты это или нет.
— Насрать, — заявил бог Каэссар.
Анжела поморщилась, но ничего не сказала.
— Полюбуйся пока пейзажем, — посоветовал бог Каэссар. — Через шесть минут будем входить в атмосферу, это тоже красиво, но по-другому. Как раз успеешь космосом налюбоваться.
У Анжелы закружилась голова. Она уже поняла, что бесконечное падение — просто иллюзия, на самом деле она не падает вниз, а летит высоко-высоко в небе, но она понимала это умом, а желудок вот-вот сведет спазмом, хорошо, что ничего не ела с утра…
— Но-но! — прикрикнул на нее бог Каэссар. — Тошнить даже не вздумай! Заблюешь кабину — сама потом будешь дышать своей блевотиной!
— Я не могу терпеть! — прохрипела Анжела.
— Щиток подними, — посоветовал бог Каэссар.
Анжела подняла глазной щиток. Бесконечная бездна исчезла, теперь Анжелу снова окружала тесная кабина, посреди которой парил в невесомости… Бластер?!
Она протянула руку и цапнула оружие. Точно, бластер. Стоит на предохранителе, метка заряда зеленая.
— Спасибо, — сказала Анжела.
— Не за что, — отозвался бог Каэссар. — Если снова затошнит — сразу убирай внешний обзор. Проблеваться в невесомости смертельно опасно. Очень глупо пройти через все испытания и сдохнуть в муках из-за такой ерунды.
— Я тебя не за то поблагодарила, — сказала Анжела. — За бластер спасибо.
— За какой бластер? — не понял бог Каэссар. И тут же богохульно выругался — очевидно, понял. Помолчал немного и сказал: — Совсем Дубовый Джозеф расклеился, оружие теряет… Можешь считать, что его тебе Гея подарила, ее благодари.
— Благодарю тебя, Гея, милая! — возблагодарила богиню Анжела. — От всего сердца благодарю, любимейшая!
— Поблагодарила, и хватит, — сказал бог Каэссар. — Прибери его куда-нибудь, а то когда в атмосферу войдем, трясти начнет, снова потеряешь, не дай боги. Вдруг Гея не поможет?
— Гея всегда помогает своим возлюбленным детям, — возразила Анжела.
Но бластер прибрала.
— Больше не тошнит? — поинтересовался бог Каэссар. — Тогда надвигай забрало обратно, попробуем с оружием потренироваться.
— Разве тут можно стрелять? — удивилась Алиса. — Этот обзор, он, как я понимаю, просто иллюзия.
— Иллюзия, — согласился бог Каэссар. — Из ручного бластера стрелять нельзя — сама себя зажаришь, и будет эпик фейл.
— Что будет? — не поняла Анжела.
— Неважно, — отмахнулся бог Каэссар. — Я о внешнем оружии говорю. Тут автоматический бластер установлен и катапульта с «Фебосами».
— Ого! — воскликнула Анжела.
— Ого, — согласился бог Каэссар. — Потянись мысленно к внешнему оружию.
— У меня мозг не прочипован, — сказала Анжела. — Не получится.
— Все получится, — возразил бог Каэссар. — Ты просто попробуй.
Анжела была права, мысленное управление оружием доступно только прочипованному мозгу. Но Джон не собирался реально доверять ей управление оружием истребителя. Он собирался создать иллюзию, что она им управляет, а для этого вполне достаточно примитивного энцефалографа, вмонтированного в пилотский шлем демоны знают кем и зачем.
Анжела мысленно потянулась к внешнему оружию, в ее поле зрения сформировался черный крестик. В первую секунду он был маленьким и схематичным, а затем вдруг вырос, растянулся, оброс какими-то неясными отметками…
— Вижу! — воскликнула Анжела. — Прицел вижу! Это бластер?
— Смотря что ты видишь, — ответил бог Каэссар. — Если крест — значит, бластер, пляшущий кружочек — тоже бластер…
— Крест! — перебила его Анжела.
