Хорошо ещё, что Ирину не успели приметить местные парни, иначе какая же свадьба без хорошей драки?
На нас кидают несколько взглядов и забывают, только охотница разок задумчиво посмотрела на Ирину. Я подмигиваю охотнице, та покачивает головой, но потом согласно опускает ресницы, мол, резвись.
– Горько! – то и дело слышится с разных концов стола.
Жених и невеста уже неохотно поднимаются. По ним заметно, как надоела подобная гимнастика, и они бы с радостью выпроводили всех. Но традиция есть традиция, и гости отрываются по полной.
– А откуда ты? – спрашивает меня сероглазая очаровашка.
Есть что-то такое знакомое в точеном носике, в пухлых губках, в стальных глазах с коричневой каемочкой у зрачка. Кокетливая мушка у губ так и просит покрыть её поцелуями. Наши руки иногда соприкасаются, когда я передаю салаты или соль. В такие моменты маленький разряд тока бьет по нервным окончаниям. Я ощущаю, как в жилах играет горячая кровь, и, судя по всему, эта чертовка не прочь принимать мои знаки внимания.
– Ивановские мы, – отвечаю я на вопрос и задаю свой. – А ты из каких краев?
– Челябинские мы, – пародирует она. – Скажи, а ты тут один?
– Нет, конечно, вон мама сидит, на нас посматривает, – я киваю на охотницу.
Тетя Маша уже сидит с матерью невесты, и обсуждает, как делать рассол для белых грибов. Сквозь гомон собравшихся иногда долетают их отдельные слова. Люди заходят и выходят, присаживаются и встают для поздравлений. Тамада успела подготовить другой конкурс, и Ирина тянет меня участвовать.
– Пойдем, маме сейчас не до тебя! – рука девушки оказывается неожиданно крепкой.
На середину комнаты вытаскивают ещё двух мужчин в возрасте. Возле них ставят женщин, и тамада приносит три надутых шарика. Как-то приходилось видеть конкурсы на свадьбах, но такой конкурс я вижу впервые.
– Суть конкурса проста, пара лопает шарик! Ну, куда ты, торопыга? – кричит тамада на мужчину, который сжал в руках шар и тут же лопнул его. – Держи новый шарик! Нет, тут лопать нужно не руками. Женщины поворачиваются спиной и делают вид, что собирают сорняки на грядках. Шарик кладется между мужчиной и женщиной. Во-о-от, зажимаем.
Ладонями я обхватываю талию наклонившейся Ирины, чувствую сквозь шелковистую ткань платья тугое тело. Она призывно улыбается. Между моим пахом и упругими ягодицами тамада втискивает шарик. Эх, если бы не народ кругом, то я сразу бы откинул шарик в сторону и воспользовался ситуацией.
– Маринка, а почему мы с тобой такую позу не знаем? – басит стоящий рядом мужчина.
– Отстань, дурак старый! – оборачивается склонившаяся женщина.
– Вот как раз и попробуете, если понравится, то дома продолжите. У всех шарики зажаты? – тамада пробегает по парам, проверяет шары. – На счет «три» стараемся их лопнуть телами. Женщины активнее подм… Помогайте! И так, раз! Два! Три!!! Начали!!!
Под общий хохот мы пытаемся сжать шарик так, чтобы он лопнул. Ирина упирается руками в спинку стула и двигается, стремится приблизиться соблазнительными полушариями к моему паху. Мужчины дергаются рядом, стараясь насадить шарик на ширинку. Со стороны всё выглядит настолько смешно и глупо, что гости перестают жевать и дают советы.
– Да куда ты тычешь, Ильич? Ты с чувством, толком, расстановкой!
– Крепче держи её, а то уже до стола допихал, а всё никак не лопнешь!
– Светланка, а ты повернись-ка и мужа наклони, может, у тебя быстрее получится!
Шарик лопается у нас первым, оглушительный хлопок знаменует победу. В какой-то момент я ощущаю, как Ирина прислоняется горячим телом к моей ширинке. На яички приходится легкий шлепок, и они невольно втягиваются. Так не хочется отпускать эту шикарную девушку, но на нас смотрят гости, а с оттопыренной ширинкой много не натанцуешь.
– Вот и победители! – поднимает наши руки тамада. – Дело молодое да горячее, поэтому получайте призы. На месте разберетесь, что кому.
Нам дарят небольшой графинчик и большие солнцезащитные очки в поллица. Такие любят надевать всякие Сталлоне и Шварценеггеры. Ирина тут же надевает их на себя и становится похожа на большую муху.
– Женя, если бы ты с таким же пылом мамкины поручения выполнял, – подкалывает меня охотница.
– Тоже не слушается? Вот и у меня такая же история, – подхватывает новоявленная теща.
Я не стал слушать истории о том, что «нынче молодежь пошла не та, а вот мы в их возрасте». Такие истории ходят в народе всегда, только меняется время действия. Гораздо интереснее пообщаться с раскрасневшейся Ириной. Местные парни хмуро поглядывают на нас, но задираться пока не решаются, может ещё мало выпили?
– Как тебе конкурс? Не очень помял? – игриво спрашиваю я у девушки в больших очках.
– Нет, всё в порядке. Конкурс тоже ничего, – она поднимает бровки и улыбается. – Ну что, похожа я на пьяную пчелу.
Девушка покачивает головой как китайский болванчик. Два моих отражения прыгают в зеркальных стеклах. Как-то так получилось, что я перестаю видеть гостей, перестаю замечать жениха с невестой, даже на охотницу не оборачиваюсь. Я вижу только эту девушку и своё лицо, расплывшееся в глупой улыбке. Гормоны затмевают все остальные чувства.
