– Люди не часто поступают бескорыстно.
– Он признался, что работает на драконов. Не служит, а работает.
– Крылатые мудры… не Архахаар, а Ивелд был их последней надеждой.
– Ты как всегда прав, брат.
– Я сомневаюсь, стоит ли признавать другом Леса такого опасного человека.
– В этом причина, почему я настояла на личной встрече с Владыкой.
– Ты считаешь, что мягкость Ониэль способна подтолкнуть меня к неверному по твоему мнению решению?
– Ивелд умен и хитер, но как маг он слаб, поэтому некоторые деяния он поручает своей помощнице Рине, которая неотступно следует за ним.
– Многие преступники поручают грязные дела своим подчиненным. Нет ничего удивительного в том, что кто-то из них постоянно находится при своем хозяине. К тому же, если женщина привлекательна, она может выполнять для него и другие… поручения.
– Ты знаком с ней.
– Я не знаю женщины, носящей такое имя.
– Она сократила его, Ловиэль, сократила, чтобы навсегда порвать со своим прошлым. Раньше она именовалась Ринатилэль Соавиннэ.
– Ты уверена? Три тысячи зим – большой срок даже для нас.
– Я видела ее так же, как вижу тебя, я говорила с ней.
– Ты опять преступила закон, сестра. Дети Леса не должны общаться с изгнанными.
– К гыру законы! Завтра будет принято решение по поводу Ивелда. Я не знаю, что мне делать и что говорить!
– Ты всегда была самостоятельна в суждениях и поступках, Эллениэль, к тому же ты Видящая.
– Пора переименоваться в не видящую ни гыра! Она при драконе, я не вижу ее вариантов.
– Решай сама, – вздохнул Ловиэль, – я не знаю, как мне поступить. Ониэль до сих пор тоскует по сестре, иногда она разговаривает с ней во сне. Я не знаю… позови Архахаара.
– Величество, – кивнул возникший через сотню ударов сердца маг.
– Возникло затруднение, драк, нам нужен совет.
– Я не вижу здесь Фонтирэля и Ониэль.
– Фонтирэль – хранитель традиций и законов, в данном случае они нам не помогут, что до моей супруги, то затруднение связано с ней.
– Слушаю.
– Сестра рассказала мне о встрече с Ивелдом.
– Веселый парень, да? Чуть всю империю не перетравил.
– Я могу понять это. Дело в помощнице Ивелда.
– По-моему, вполне адекватная барышня. Прочитать не смог, Ивелд закрыл ее.
– Тебе известно ее настоящее имя?
– Нет. Если она его скрывает, значит, тому есть причины.
– Причина в том, что Ринатилэль Соавиннэ была изгнана за убийство четверых членов своего рода. Ей предложили посмертие, но она лишь рассмеялась и ушла. Моя супруга Ониэль – ее единоутробная сестра.
– Что-то прошлое зачастило к нам в гости. Пока я не вижу проблемы.
– Эллениэль уже нарушила наш закон, запрещающий любое общение с изгнанными. Я сомневаюсь, что закон сможет удержать Ониэль, когда ей станет известно про Ринатилэль.
– Давай начистоту. Мы с Кель считаем, что такими союзниками как Ивелд и Рина разбрасываться нельзя, так что два плюса в их пользу. Лес возражает из-за прошлого Рины, значит, Эль будет против. Возможно, ее поддержит Валесия, у нее личные счеты с преступностью. Гас заинтересовался, а что решат остальные – мне не ведомо.
– Я учитываю мнение моего народа, но не следую ему беспрекословно, – высказалась эльфийка.
– Свояченица Ловиэля – беглая зэчка, Эль в очередной раз с пробором положила на ваш закон. С политической точки зрения это плохо.
– Ониэль не смирилась с изгнанием сестры – задумчиво произнесла Эллениэль – Рина тоже тоскует. Даже изгнание не в силах разорвать сестринские узы.
– Вас остроухих не поймешь, родителей кличете братьями, а тут…
– Узы между родителем и ребенком разрываются после того, как ребенок становится взрослым, но если второй ребенок рождается до того, как старший достигнет совершеннолетия, то связь между ними не порвется никогда, – пояснил Ловиэль.
– Давайте сделаем так. Рина не показывается в лесу, все дружно делают вид что ни Эль ни Ониэль никаких законов не нарушают. Все противозаконные встречи представительниц правящего рода проходят где-нибудь на нейтральной территории. В дальнейшем организуем какую-нибудь амнистию или приговор пересмотрим. Все довольны, поют и пляшут.
– И что это за противозаконные встречи, где все поют и пляшут? – спросила вошедшая Ониэль, – расскажи мне, Архахаар.
– А я че? Я тут мимо проходил, цветочки собирал – картинно стушевался архимаг.
– Ловиэль, Эллениэль, что здесь происходит?
– Меня просили не говорить тебе, Ониэль, – вздохнула тень Владыки – но лгать тебе я не могу и не желаю. В полдень у нас была встреча с главой союза преступников. Он пришел не один, с ним была его помощница. Твоя родная сестра не умерла в изгнании, Ониэль. Я говорила с ней.
– Вы как хотите, а на следующую часть этого шоу я не подписывался, – бросил Архахаар, ступая на Дорогу.
– Нирла, сможешь уделить мне немного своего времени?
– Конечно, наставница.
– В последнее время у меня много дел, я отлыниваю от своих обязанностей…
– Студиозусы пятого года говорят, что вы не единственная, к тому же архимаги Архахаар и Кельвирея посещают эти стены чаще, чем обычно.
– Мне нравится, что ты наблюдательна и любознательна, но есть определенные границы, переходить которые тебе не нужно.
– Я понимаю.
