Хиршман опровергает этот тезис, указывая, что едва ли извращенные последствия прогресса имеют место в тех масштабах, о которых говорят реакционеры. Эффект извращения есть крайний пример непреднамеренных следствий. Такие следствия могут быть как позитивными, так и негативными, но реакционеры закрывают глаза на эту вариативность и заранее объявляют реформы неудавшимися, игнорируя примеры удачных реформ.
Второй тезис реакции – о тщетности усилий реформаторов: «попытка реформы всегда обречена на неудачу, поскольку перемена – это лишь ширма, фасад, поверхность, за которой скрывается неизменность и нетронутость глубинных структур общественного бытия». Среди апологетов этого тезиса – Алексис де Токвиль, Гаэтано Моска и Вильфредо Парето. Однако, утверждает Хиршман, реакционеры слишком рано начинают говорить о тщетности, хватаясь за первое свидетельство того, что реформа не работает так, как было задумано. Возможность социального обучения и постепенной корректировки курса реформ ими не рассматривается вообще. То есть действенность критики в адрес реформаторов обесценивается.
Наконец, третий тезис – об опасности последствий реформ: «предлагаемая реформа, пусть даже ее цели выглядят привлекательно, подразумевает неприемлемые издержки или негативные последствия. Демократия угрожает личной свободе, а государство всеобщего благосостояния угрожает и свободе, и демократии». Его выдвигали в разные времена Маколей, Моска и Хайек.
Однако и этот тезис опровергается Хиршманом, так как исходит из видения мира как пространства игры с нулевой суммой. Это крестьянское видение мира, располагающего исходно ограниченным набором благ, который не может быть увеличен. Но мир принципиально иной, он представляет собой пространство игры с ненулевой суммой. Рост демократии не обязательно ограничивает пространство личных свобод, он может, напротив, расширить и укрепить эти свободы.
Крупнейший историк и политолог современности, Чарльз Тилли (1929–2008) известен своим образом «демократии как озера». Смысл образа в том, что нет никакого «нормального» пути к демократии. Путей, как и горных речек, несущих свои воды в озеро, может быть множество. История многовариантна и оттого малопредсказуема, хотя с некоторой долей вероятности можно просчитать доступные нам политические варианты…
Различные пути к демократии (и от нее тоже!) Тилли рассматривает в одноименной книге, которая, на мой взгляд, абсолютно необходима для понимания плюралистичности современного мира. Даже объединенный демократическим идеалом, он не становится более однородным и поэтому терпимым к самозваным апостолам единственно верных образцов, эталонов демократии и программ перехода к ней.
Тилли начинает с того, что никакая демократия не сможет функционировать, если у государства не будет возможности обеспечивать демократический процесс принятия решений и проводить эти решения в жизнь. Потенциал государства, то есть его способность навязывать обществу свои решения, может варьироваться в очень широком диапазоне. Таким образом, к делению государств на «демократические/недемократические» необходимо добавить деление на «низкий/высокий потенциал государства».
На выходе получаем четыре кластера государств: недемократические с высоким потенциалом (слабый голос общественности, силы безопасности вовлечены в публичную политику, режим может измениться в результате раскола в верхах или восстания снизу) – Казахстан, Иран; недемократические с низким потенциалом (боевики, этнические и религиозные союзы, холодные/горячие гражданские войны, политические убийства) – Сомали, Конго; демократические с низким потенциалом (широкий круг социальных движений, парламентская демократия, но большое участие полу– и нелегальных акторов в политике, политические убийства) – Ямайка, Бельгия; демократические с высоким потенциалом (широкий круг социальных движений, группы интересов, партии, официальные консультации с народом, включая выборы, низкий уровень политического насилия) – США, Франция, Германия.
Режим можно признать демократическим, считает Тилли, если политические отношения между гражданами и государством выражены широкими, равноправными, защищенными и взаимообязывающими процедурами обсуждения. Демократизация для него означает движение в сторону более широкого по охвату, более равноправного по сути, более защищенного и более обязательного к исполнению согласования по поводу назначения на политические посты и принятия государственных решений.