Применяя продвинутые методы статистического анализа, как выясняется, можно сконструировать и более дробную модель структуры российского общества. Она будет включать уже не три страты, а пять «классов»: три средних и два нижних. Нижние в этом случае охватывают (на 2018 г.) 42,4 % россиян, дальше идет «нижний средний» (34,1 %), «средний средний» (13,4 %) и «верхний средний» (13,4 %). Как бы то ни было, модель социальной иерархии в России уже сформировалась, она достаточно устойчива и слабо меняется под влиянием кризисов и других факторов, период «рыночного транзита» завершен. Отмеченный в последние годы рост среднего класса происходит в значительной мере за счет распространения прекарного труда, что ставит вопрос о мерах государственной поддержки уже не бедняков, а «середняков» – через создание высокооплачиваемых рабочих мест и повышения социальной защищенности для людей с качественным образованием. Говоря о зоне неблагополучия в нашем обществе, ученые показывают, что она заметно шире «бедности по доходам». Значительная часть нижней страты выбирает специфические модели образования, занятости, брачного поведения и деторождения. Такие люди «в раннем возрасте бросают обучение, оказываются неконкурентоспособными на рынке труда и занимают не просто низкооплачиваемые, но и социально незащищенные позиции». Неблагополучие социально закрепляется и воспроизводится. Применяемые государством монетарные инструменты поддержки бедных, следовательно, «абсолютно недостаточны для качественного изменения места представителей нижних классов в сложившейся системе социального неравенства». Если же обобщить, то главное, чего ждет общество от государства, – «более последовательная социальная политика с акцентом на сферу здравоохранения», а также создание «институциональных условий для самостоятельной активности населения по решению своих проблем».
В своей программной книге замечательный исследователь отечественной социальной реальности, профессор Высшей школы экономики и председатель экспертного совета Фонда поддержки социальных исследований «Хамовники», бывший руководитель Экспертного управления Президента РФ Симон Кордонский обобщает свой взгляд на современную социальную структуру нашей страны. По его мнению, существующие и официально принятые ее описания принципиально не схватывают важнейшие социальные факты и скорее мистифицируют наблюдателя (и актора), чем объясняют происходящее. Говоря проще, классов в современной России Кордонский не находит – ни «среднего», ни «высшего», ни «низшего». Нет здесь, по его мнению, ни класса капиталистов, ни класса наемных работников. Что же есть? Есть… сословия! В чем разница? В том, что «понятие классов используется для описания социальных иерархий в отношениях потребления, в то время как понятие сословий введено для описания иерархий служения, или обслуживания, прав и привилегий». Тезис автора состоит в том, что мнение о замене сословных различий классовыми по мере перехода от феодального к рыночному (капиталистическому) обществу – неверно! «Сословные формы организации социальной жизни (например, аристократия) процветают и в современных обществах, сосуществуя с классовой структурой». И Россия здесь отнюдь не исключение.
Специфика сословной структуры «предполагает неравенство граждан перед законом» (в отличие от юридического равенства представителей разных классов – они не равны только экономическими возможностями). Это неравенство «заключается в том, что сословия имеют различающиеся права и обязанности перед государством и несут разные государственные повинности». Разные сословия связываются в общую социальную структуру «отношениями служения и откупа (дани, оброка, подати, ренты и пр.)». Сословная принадлежность часто наследуется («трудовые династии»), потому что «люди с рождения существуют в системе взаимного служения и обслуживания» и не мыслят себе мир по-другому. В сословном обществе есть свое представление о справедливости, отличное от представлений, характерных для классовых обществ. «Добросовестное служение вознаграждается – жалуется сувереном, а размер жалованья (содержания) должен быть пропорционален общепринятой в данном обществе значимости служения». Отклонения от этого принципа квалифицируются сословиями как «несправедливость». Особенно часто несправедливым считается «чрезмерное» обогащение, ведь «само понятие труда ради заработка чуждо сословному устройству». Вместо рыночной оплаты по труду и доходов от бизнеса здесь «доминируют институты довольствия, жалованья, сословной ренты, гонорара, пенсии, пайки и другие формы распределения ресурсов сообразно сословной принадлежности и статусу в сословии». Чем выше то и другое – тем больше человеку «положено», иное же несправедливо и вызывает законное общественное возмущение.