Суровикин уговаривал Безлера отвести войска от линии фронта и зафиксировать границы, предусмотренные Минскими соглашениями, но тот, как свойственно военным, почувствовавшими вкус власти и славы, отказался. В итоге «республика ГЕМ» осталась без военного начальства.
С «главой» ДНР, призывающим к продолжению военных действий, Москве будет легче договориться: он теперь не военный, а политическая фигура, и в случае нажима со стороны Суркова «сольет» неудобных военных. Те, в свою очередь, могут создать новому составу ДНР проблемы в виде вооруженных разборок. Но к этому в регионе уже привыкли.
Несмотря на то что «выборы» были очередным фейком, созданным, чтобы показать видимость демократических процессов на территории боевиков, в сознании украинцев ДНР и ЛНР все быстрее становятся отрезанным ломтем.
Несколько дней назад на отдельных трассах — в Курахово под Донецком, за Новоазовском под Мариуполем — появились пограничные пункты пропуска. В жестяных вагончиках обитают не бойцы добровольческих батальонов и солдаты ВСУ, а сотрудники Государственной пограничной службы Украины. Они не только проверяют багаж и документы у пассажиров, выезжающих с оккупированных территорий, но и вносят их данные в свою базу.
Граница между Украиной и ДНР/ЛНР постепенно становится реальностью, а это значит, что возвращать эти территории в ближайшее время никто не собирается, и заявление Петра Порошенко о возможной отмене закона об особом статусе Донбасса это подтверждает.
Вынужденные переселенцы могут надолго попрощаться с домом.
Хотя с переселенцами пока что получается ровно наоборот: они возвращаются в оккупированные города. Кто-то не смог найти работу в других регионах, кто-то устал скитаться по временному жилью, кто-то соскучился по дому и семье.
Сейчас Донецк выглядит почти таким же оживленным, как в первые дни лета, когда после начала АТО в аэропорту люди только стали покидать город. Постепенно открываются кинотеатры, дома культуры и музеи, предприниматели возобновляют работу офисов, а кафе наполняются посетителями, несмотря на гостей с автоматами.
Дончане как будто смирились с тем, что их дом уже никогда не будет прежним: привыкли к оружию, привыкли к взрывам. А теперь привыкнут и к тому, что оказались посреди обреченного на увядание острова-гетто, вокруг которого продолжает жить ставшая такой далекой Украина.
15 декабря Мониторинговая миссия ООН по правам человека опубликовала отчет, согласно которому количество погибших в Украине за весь период конфликта составило 4634 человека, включая 298 пассажиров «Боинга МН17». Ранения официально получили 10 243 человека.
22 декабря 2014 года и 5 января 2015 года проект «Открытая Россия» опубликовал списки из 227 и 250 имен российских военнослужащих и добровольцев, предположительно погибших в вооруженном конфликте на востоке Украины.
По официальным данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, около 1,2 миллиона человек были вынуждены оставить свои дома. Неофициальные цифры еще выше.
На временно оккупированные территории
— Уважаемые пассажиры, которые едут на временно оккупированные территории! — раздается из репродуктора в вагоне строгий женский голос.
Люди в вагоне замолкают и выслушивают о разнице часовых поясов между Украиной и временно оккупированными территориями. После строгого голоса бодрая песенка «Біла хмара, чорна хмара» не может сразу вернуть их к прежним оживленным разговорам.
Поезд Киев—Константиновка не так уж переполнен, как мне рассказывали. Люди в плацкартном вагоне едут лишь с одной-двумя сумками. Многие, как окажется утром, и до Константиновки не доедут — то есть говорить о «массовом» возврате переселенцев не приходится. Количество внутренне перемещенных лиц в Украине — более 450 тысяч.
Константиновка сейчас — последний город, подконтрольный украинскому правительству. Уже Ясиноватая — под контролем непризнанной ДНР.
— Здравствуйте, — говорит по мобильному 60-летний Владимир. — У вас можно забронировать два места до Донецка? Фамилии... Нет?
— Продолжайте звонить, — советует Лидия Ивановна, его соседка по купе, которая живет в Константиновке.
