7 августа «премьер-министр» ДНР Александр Бородай заявил о том, что уходит в отставку по собственному желанию. Его место занял лидер боевого движения «Оплот», житель Донецка Александр Захарченко.
8 августа журналист Financial Times Сэм Джонс сообщил со ссылкой на социальные сети и экспертов, что на востоке Украине погибли 12 сотрудников Главного разведывательного управления Генштаба Вооруженных сил РФ, которые официально находились в отпусках.
К Северодонецку ведет разбитая дорога, которую преграждает взорванный мост. Когда украинская армия выбивала отсюда боевиков, переход через реку провалился. Местные жители, как ни в чем не бывало, ходят через впадину пешком. Некоторым — кого занесли в специальные списки — разрешили передвигаться на машинах.
Северодонецк — типичный город на Донбассе, освобожденный от боевиков. Большая часть населения пассивно поддерживала сепаратистские настроения, надеясь, что Луганскую область вместе с Донецкой присоединят к России, как Крым.
Когда в городе появились люди с оружием, в основном казаки, местные поняли, что поддерживать сепаратистов больше не желают. Постепенно с улиц исчезли прохожие, с телевидения — украинские каналы, перестали работать банки и некоторые фирмы.
Северодонецк, как и другие города, оказавшиеся в подчинении у так называемой Луганской народной республики, погрузился в полумрак.
— Было неприятно и непривычно, что в городе пусто. Неприятно было видеть этих «ополченцев» на блокпостах, входить с ними в контакт, — рассказывает местный житель, работник крупнейшего северодонецкого завода Владимир Николенко. — Неприятно было, что нигде своего родного знамени украинского не увидишь. Я ходил на работу, а внутри завода размещается сторонняя организация, во дворе у них долго знамя Украины висело. И вот я проходил, смотрел на него, и настроение поднималось, хоть оно за забором и колючей проволокой.
Местная жительница Татьяна с нервным смешком рассказывает, как ее подруга однажды ехала на дачу через блокпост боевиков.
— Ее остановил бородатый мужик с автоматом, посмотрел документы и спросил: «Кто ты?» Она ему испуганно: «Я из Северодонецка...» Он снова: «Кто ты?» Она опять отвечает, что местная. И тут он на нее посмотрел так строго и сказал: «Запомни, ты — новороска». Когда она ехала обратно, вся тряслась и снова встретила того мужика. А он на нее зыркнул и сказал с гадкой такой ухмылкой: «Ну что, запомнила, кто ты?..» Вот в такой обстановке мы и жили.
— Из-за всего этого у нас много семей рассорилось, — говорит Владимир. — Вот я, например, с сестрой поругался. Но она уже изменила свое мнение на 180 градусов. А сейчас здесь все очень боятся, что сепаратисты могут вернуться.
Когда в Северодонецке появились боевики, местные власти — горисполком и правоохранительные органы — не стали сопротивляться. Единственный орган, который отказался сотрудничать с сепаратистами, — прокуратура. Глава ведомства вместе с сотрудниками заявил, что не станут признавать ЛНР, и покинули город.
Мэрия же работала как прежде: в Северодонецке были и вода, и газ, и свет, и вывоз мусора. И глава горсовета, и депутаты оставались на своих местах.
Но спустя несколько дней после того, как в город зашла Нац-гвардия, руководство Северодонецка испарилось.
Некоторые местные жители считают, что мэр с заместителями просто сбежал, чтобы не нести ответственность за сотрудничество с ЛНР. А секретарь горсовета Андрей Гавриленко, который перенял управление Северодонецком, считает, что его начальников похитили. Также, по его словам, на двоих депутатов было совершено разбойное нападение, после чего они уехали.
Заседания горсовета не проходят «в целях безопасности», хотя при ЛНР уезжать депутаты почему-то не торопились.
— Мы никуда не уезжали, поскольку ехать нам было, в общем-то, некуда и незачем, — рассказывает Гавриленко. Он выглядит уставшим. Возможно, оттого, что его каждый день опрашивают сотрудники милиции. — Мы занимались жизнеобеспечением города. Ведь эта процедура не зависит от того, что вокруг происходит. Людям нужно, чтобы работало ЖКХ, медицина, образование, транспорт, аварийная служба, чтобы мусор вывозили.
И. о. мэра демонстрирует флаги Украины и Северодонецка, которые установлены в его кабинете. По его словам, руководство города всеми силами старалось не допустить уничтожения символики сепаратистами.
