― Ну и вот. В этой статье о половом акте я сначала написал то, что знал: «По времени половое сношение занимает до 40 минут». Я закончил и отправил статью, и жду гонорара. Звонит мне министр. «Это что такое ты написал, голубчик!». «А что?». Я аж испугался за свой гонорар. «А то! Час сношаться, где ты такое видел? Моя секретарша прочитала и… Голубчик, восстанови ты мою личную жизнь!».
Я поднимаю брови.
― Как так?
― А так. Я интересуюсь у министра «сколько надо?» и, в соответствии с его ответом и мужскими возможностями, переписываю кусок статьи в энциклопедию, которую будет потом читать вся страна: «норма полового сношения ― от нескольких сек. до нескольких мин.»… Министр был счастлив.
Я непроизвольно делаю круглые глаза и машинально говорю «блин». Улыбаясь, Деточкин прижимает палец к губам типа «тихо».
― Гонорар заплатили?
― Заплатили, заплатили… Еще бы за ту помощь советскому человеку мне бы не заплатили!.. Так вот. Барышня, которая недавно пришла ко мне со своим несчастным любовником, узнать, сколько раз надо в неделю… На энциклопедии мы, как просвещенные читатели, уже не равняемся.
― И правильно делаем.
― И правильно делаем. Кто-то сам под одеялом просек, что маловато будет, кому-то объяснили… сексологи… Но нормы, нормы-то мы по-прежнему не знаем!!! Разброд и шатания. Представляешь себе, как мучительно? Барышня где-то слышала, что надо заниматься пять раз в неделю, а любовник выдает один. Большая проблема. Не знаю, наверное, я те секунды в энциклопедии по гроб жизни расхлебывать буду. Вот, приходит она ко мне и задает свой насущный вопрос: сколько в неделю?.. Понимаешь, ей хочется точно знать. На счетах. Удовольствие, оно же тогда правильное, когда кем-то установлена норма, и все по правилам… Сами кайфовать мы не можем. Нам всегда кто-то объясняет, что считать приятным, что нет… Посмотрел я на нее, на ее мужика, и говорю: «40».
― Ой-о! ― я невольно краснею, ― в неделю?
Деточкин хитро жмурится.
― Тебе не нравится, а дама вся засветилась.
― Спорю, она светилась еще больше, когда ее любовник начал хлестать виагру…
Деточкин заерзал и схватил бумажку. Вместо обычных разноцветных бумажек для записей в коробочке на его столе стояли нарезанные рецепты. На обороте порезанного рецепта Деточкин записал: «40:0» и протянул мне.
― Продула, Ямайка. Ничего я ему не выписывал… Здесь главное, чтобы человек знал, что границы бесконечны ― как в ту, так и в другую сторону, главное свобода… Я знаю одну прекрасную пару, где норма раз в год, и у них все нормально, никаких шуток. Ты спрашивала, что такое секс, ― нахмурившись, Деточкин порылся в одной из своих брошюр, перегнул ее пополам и сунул мне под нос.
На странице брошюры шел длинный список ничем не связанных существительных и глаголов. Мне захотелось выполнить детское задание «вычеркни лишнее». Деточкин ткнул карандашом в пункт «танцы». Потом графитовый кончик его карандаша соскользнул на «беседы», «подарки», «прикосновения» и «прогулки вдвоем».
― Это все ― он, милочка, ― секс.
Я печально вздохнула. Нет у меня никакого секса, кроме интервью. Деточкин вздрогнул. Наверное, в моих глазах все еще рушатся нью-йоркские башни, и это заметно со стороны. Надо потренироваться перед зеркалом быстро изображать выражение «все зашибись»! Никаких половых претензий к товарищу Ладену…
― Вот для этого я и придумал систему, по которой можно определить, сколько твой партнер будет трахаться после свадьбы, ― осторожно проговорил сексолог, наклонил голову и посмотрел на меня как бы со стороны.
Да тут я, тут.
― Смс-ки можно включить в этот список? ― с опозданием проявляя интерес, спросила я.
― Нужно. И кофе в постель.
Ладно, завтра же займусь самоудовлетворением.
― А что за система?
Деточкин перестал хлопать глазами и оживился.
― По внешним признакам я научился определять, насколько человек сексуален. Ну, проще говоря, сколько раз ему надо.
Я опять покраснела. Деточкин захохотал и показал на меня пальцем.
― Боишься, что вычислю?
Я криво улыбнулась. Налево пойдешь, к хорошему специалисту попадешь …
― Нет, я серьезно! ― воскликнул Деточкин, ― сексуальность ― важно! С ее помощью можно управлять целой системой. Она же влияет не только на рождаемость и количество удовольствия.
― А на что?
― Ну, например.
Я уже привыкла к тому, что он говорит «например» и на несколько секунд замолкает.
― Ну, к примеру, меня приглашали читать лекции в военную академию…
― Шпионам что ли?
Он посмотрел на меня удивленно:
― А шут их знает. Может, ты и права. Там все было так секретно. Дежурный водил меня в туалет и стоял за дверью кабинки. Вот те крест!
Полагаю, что крест ― это для драматизма. Вместо того, чтобы перекреститься, Деточкин три раза тьфукнул через плечо.
