— И Курослепов клюет на эту приманку. Услышав от нас про человека с манускриптом, он тут же звонит боевикам и сообщает его координаты. Все боевики кидаются обкладывать жертву. Вот тебе и объяснение того, почему они внезапно прекратили охоту за Шиндиным — не до того, Шиндин может и подождать, а сейчас каждый человек дорог. Разборка предстоит нешуточная ведь прикрывать «самозванца» вызвана Богомол, а сквозь неё так просто не пробьешься. Она должна вывезти этого «двойника» во Франкфурт, отбивая его от убийц на полный серьез, без намека на игру в поддавки — чем больше сил они затратят на уничтожение этого «двойника», тем полнее будут убеждены, будто убрали того, кого надо. Возможно, им только во Франкфурте удастся прикончить свою жертву. И то, что на пути к ней их поляжет немало — это как пить дать. А тем временем настоящего главу клана повезет кто-то другой — и совсем в другую страну. По тому, что нам известно, я могу предположить, что задание обеспечить безопасность этого настоящего дано твоему другу с литовской фамилией, и что первой точкой их приземления за пределами России будет Париж. Я все сверил: самолет на Париж вылетает на полчаса позже самолета во Франкфурт, на который оформила билеты Богомол, и твой друг с его подопечным проследуют по очищенному, обезвреженному от мин пути. Даже если все эти полгода боевики дежурили в Шереметьево, высматривая своего соотечественника с определенными приметами (с седой бородой, с мягкими манерами, и так далее) — к моменту приезда в аэропорт твоего друга и его подопечного эта «служба наблюдения» уже будет снята.
— Но вопросы, как ты понимаешь, остаются. И самый важный: зачем все-таки Курослепову понадобилось разыгрывать комедию с «кражей» его коллекции. Ведь не только для того, чтобы привлечь тебя к расследованию и поискам… Мне кажется, должно быть ещё что-то. Для Курослепова, как и для Повара, здесь существовал сложный клубок интересов, и Курослепов тоже попробовал убить нескольких зайцев одним выстрелом. Только у Повара это получилось, а у Курослепова нет. Нет — потому что все увидел Беркутов, подстерегающий момент, чтобы нажать на курок. И не стал нажимать. И, скорей всего, доложил Повару о странном поведении Курослепова и Моховых.
— Про двух зайцев, которых хотел убить Курослепов, мы знаем. Во-первых, подставить тебя. Во-вторых, выйти на след человека с манускриптом, заполучив при этом манускрипт. Но, мне кажется, этим дело не ограничивается. Есть и «третий заяц» — нечто, напрямую связанное с миром любителей орхидей, с борьбой самолюбий в этом мире, со стремлением доказать, что твоя коллекция — лучшая на свете… Мне кажется, многое должен знать Садовников. Пряча коллекцию, Курослепов и Моховых должны были посвятить его в тайну, чтобы обеспечить нормальный уход за драгоценными растениями все время, пока они находятся в каком-то тайнике. Скорей всего, они сказали Садовникову, что коллекции угрожает смертельная опасность некие конкуренты хотят её уничтожить в преддверии мировой выставки орхидей. Садовников, страстный поклонник этих цветов, не мог отказаться помочь им в этих обстоятельствах. Этим, кстати, вполне объясняется его странное показание: мол, да, Моховых расспрашивал его, не интересовались ли оранжереями Курослепова какие-нибудь подозрительные незнакомцы, но особенно не наседал… Чтобы Моховых, да не насел? Вполне очевидно, Садовников знал больше, и своей ложью пытался прикрыть спрятанную коллекцию от очередных покушений.
— А после этого у Садовникова побывал Беркутов. И открыл ему глаза, поведав, как использовались орхидеи из коллекции Курослепова: как «препарат любви», как средство «улучшения лечебного секса» с… с несовершеннолетними, мягко скажем. Драгоценные клубни и цветы варварски уничтожались ради мерзких прихотей. Разумеется, этого Садовников вынести не мог. И он согласился всячески помогать Беркутову, согласился стать связным и передаточным звеном, когда появится Богомол — то есть, для Садовникова, красивая женщина с такими-то и такими-то приметами. Беркутов сообщил об этом Повару — поэтому Повар и выдал мне с ходу все координаты Садовникова. Зная, что Богомол находится рядом со мной, и что она немедленно двинется в путь…
— Так что ключ к тайне пропавших орхидей — куда они делись, зачем они были спрятаны — лежит через Садовникова. Сейчас я отправляюсь к нему. Мне надо выяснить, что за иностранец — то ли из Англии, то ли из Бельгии побывал у него незадолго до всех событий, и где сейчас находится коллекция. Оттуда я отправлюсь в Шереметьево-2 — мне хочется лично увидеть развязку и узнать, насколько я был прав в своих догадках. Сам понимаешь, как это важно для нас, для нашей судьбы, для нашей жизни.
