— Могло быть и так, — согласился Андрей. — Но, во всяком случае, когда они производили разведку, прошла какая-то волна. Пусть минимальная, но достаточная для хитрого и осторожного Бечтаева, чтобы он насторожился, откуда эта суета вокруг одной из девочек, и начал сам выяснять… Узнав, чья она сестра, он, наверно, чуть в обморок не упал. Первым делом, он сводит счеты с Ямановым, за то, что Яманов так их всех подставил — сводит тем более охотно, что Яманов все время рвется на его место. Убрав Яманова, как звено, связывающее его самого, Бечтаева, с Надей Беркутовой, он продолжает заметать следы. Девочку уничтожают — ведь если Беркутову удастся отбить её живой, то она может много чего рассказать и много на кого показать. Обрезают и другие ниточки. Теперь им остается только ждать, достаточными оказались эти меры или нет. Как выясняется, недостаточными. Беркутов добирается до Бечтаева, убивает его — немало из него перед этим вытряся, надо полагать — и ставит засаду на Курослепова. Засада не удалась, потому что Курослепов заподозрил неладное и втройне позаботился о собственной безопасности. Тогда Беркутов ложится на дно, тщательно разрабатывает план мести, отправной точкой которого должно стать похищение орхидей — и начинает действовать.
— А это что значит? — спросил Игорь, указывая на стрелки, идущие от кружочка «Богомол» ко кружочкам «Беркутов» и «Курослепов». Над одной стрелкой было написано «№ 1», над другой — «№ 2».
— Это объясняет, зачем Беркутову нужен Богомол, — объяснил Андрей. Ведь если он профессионал такого класса, то спокойно мог без неё обойтись, верно? Но он хочет умереть, осуществив свою месть. Потому что после этого жить ему больше незачем. И он все выстраивает так, чтобы Богомол сначала убила его, а потом Курослепова. Причем предварительно Курослепов должен узнать, кто на него охотится — как и узнать, что этот человек погиб.
— Да, конечно, — кивнул Игорь. — Курослепов узнает, что на него охотится брат одной из его жертв. Потом ему сообщают, что мститель погиб. Он расслабляется, посчитав, что ему больше ничего не грозит, и Богомол разделывается с ним не глядючи. Схема предельно ясная. Тут закавыка в другом. Богомол действует с попустительства Повара… По меньшей мере, с попустительства. Так как увязать это с тем, что Курослепов нужен Повару живым? Во всяком случае, мы считаем, что он нужен живым, и вряд ли мы тут ошибаемся.
— Я думаю, — сказал Андрей, — что мы ошибаемся. Курослепов не нужен Повару живым. Но нам лучше считать, что мы ошибаемся — если мы хотим спасти Беркутова.
— То есть? — Игорь нахмурился.
— Мы так или иначе выходим с ним на связь и сообщаем ему: убив его, Богомол и не подумает убивать Курослепова. Из всей этой заварушки Повар выудил то, что ему надо — убойную видеокассету — поэтому Курослепов ему нужен живым, а Беркутова, наоборот, ему желательно видеть мертвым. Богомол не посмеет ослушаться Повара. Поэтому пусть Беркутов держится подальше и от Богомола, и от Курослепова, и ни в коем случае не подставляется: его смерть окажется зряшной.
— Но Васька может после этого совсем психануть, — заметил Игорь.
— Возможно, — признал Андрей. — Но, во всяком случае, наша совесть будет чиста.
Игорь немного подумал.
— Хорошо… — сказал он. — Нормальная идея, и мы примем её за основу. Но почему ты считаешь, что мы ошибаемся?
— Потому что никто, даже Повар, не остановит Богомола, когда ей дали понюхать крови, — медленно и раздельно проговорил Андрей. — И Повар это знает. Единственный способ её остановить — уничтожить её. Но Повар всем видом демонстрирует, что уничтожать её не собирается — он позволил ей открыто появиться в Москве, чего бы она никогда не сделала, не имея от него самых твердых гарантий. Он все время подкидывает ей через нас нужную информацию, включая последнюю — адрес садовника! Нет, если только здесь не ведется какой-то совсем дьявольской игры, то объяснение может быть одно: Повар согласился разменять Курослепова на кого-то другого. И вопрос в том, на кого.
— У тебя есть догадки?
— Есть одна, которую мы можем сразу исключить. А дальше — как в тумане.
— Что это за догадка, в которую ты сам не веришь? — с любопытством спросил Игорь.
Андрей горестно вздохнул.
— Все началось с Яманова, так? Но обычно сутенеры, специализирующиеся на малолетках, очень тщательно следят, из каких семей они берут «товар». Ведь можно нарваться так, что шею сломишь… В общем, у нас есть три варианта. Первый — Яманов был таким недоумком, что не удосужился проверить, нет ли у девочки родственников, которые могут элементарно «замочить». Такие пустяки, как шум, суд и тюрьму, я уж и в расчет не беру. Второй — Яманов все проверил, но решил, что это удобный случай подставить Бечтаева. Если «наедут» Беркутов и его сослуживцы, то Яманов, мол, тут ни при чем: голова всему Бечтаев, он и руководил растлением девочки, а Яманов был даже против, но помешать не мог… Бечтаева шлепают, Яманов занимает его место. И третий вариант — Яманов все-таки был человеком Повара.
Игорь грузно осел в кресло.
