— Хотите сказать… — Радомир стал повторяться, — хотите сказать, что вы ее мать?
— Катарина! Катарина!
Кто-то тряс ее за плечи. Это Кенерия.
— Катарина, очнись! Попроси его сдаться! Он нужен нам живым! Технология, понимаешь? Нужно понять, как они создают их.
— Я ни о чем его просить не стану, — пробурчала Катарина себе под нос и отвернулась.
— Тогда попрошу я! — воскликнул Кенерия и, обхватив ее рукой за шею, прижал дуло плазмара к виску.
— Что ты делаешь? — обомлела она.
— Вывожу твоего пса на разговор. Эй, ты! Я ее мозги по земле размажу, если ты в течение минуты не окажешься передо мной!
— Он не послушает тебя, — пыталась вразумить Кенерию Катарина. — Ему все равно. Он свалит отсюда и на этом все!
— Думаешь, я шучу? — Кенерия опустил плазмар и выстрелил Катарине в ногу.
Она завыла от боли во все горло и рухнула на землю, зажимая рану от плазмара на бедре.
— Я сделаю из нее сито и только потом пристрелю, как падаль! — кричал Кенерия. — Ну что, будешь наблюдать за своей потаскухой со стороны или явишься сюда сам?
— Давно ты следил за нами? — раздался голос Лавджоя откуда-то со стороны.
Кенерия стал оглядываться.
— Достаточно долго, чтобы кое-что понять!
— И что же ты понял? — голос прозвучал с другой стороны.
— У всех есть свои слабости. Даже у таких, как ты, — Кенерия направил плазмар на другое бедро Катарины.
— Я здесь! — Лавджой с поднятыми руками замер напротив Кенерии.
— Смотри, Кари, твой пес тобой дорожит!
Она смотрела на оборотня, лежа на земле в луже собственной крови.
— Ну, и как тебя по-настоящему зовут? — спросил Кенерия, пока на Лавджоя накидывали магнитные кандалы.
— Модель L–XY–4531.
— Даже имени не дали? — засмеялся Кенерия. — Ладно, мы будем называть тебя Лавджой.
***
— Как ты чувствуешь себя? — Кенерия присел на стул напротив кровати Катарины.
— Я могу ходить. Но хромать буду всю жизнь.
— Мне очень жаль, Кари, что я немного промазал и задел нерв.
— Зачем меня держат в медицинском отсеке со смотровым стеклом напротив кровати?
— Понимаешь, твоя собака не поддается приручению. Поэтому, мы разместили вас друг напротив друга.
— То есть, он видит меня? — не поняла Катарина.
— Иногда. Когда выполняет приказ, в качестве благодарности мы разрешаем ему на тебя посмотреть.
— А если он отказывается выполнить приказ? Что тогда вы делаете?
— Кари, ты можешь ходить не благодаря мне, — засмеялся Кенерия и подошел к смотровому стеклу. — Интересно, что он почувствует, если я трахну тебя у него на глазах? Как думаешь, он разозлится?
— Ты лучше себя трахни у него на глазах. Думаю, его это повеселит.
— Настало время тебя синхронизировать, — словно приговор произнес Кенерия. — Хватит уже быть «призраком», Кари. Работа не ждет.
— Я могу работать и без синхронизации.
— Докажи! — воскликнул Кенерия.
— Чего ты хочешь?
— Мне нужна твоя последняя разработка.
— Я больше не создаю оружие.
Кенерия отошел от смотрового стекла, которое внезапно стало прозрачным. Там, в комнате напротив, залитой светом, висел в энергетическом поле Лавджой. Они избили его и надели ошейник.
— Одно мое слово, Кари, и ему будет больно.
— Мне все равно, — ответила она.
Разряд тока из ошейника заставил Лавджоя трястись. Он застонал и отключился.
Катарина прижала ладони к глазам, чтобы не видеть этого.
— Ну что, Кари, поработаешь для сопротивления или… Даже вариантов особых не вижу. Все равно придется поработать.
— Чем ты отличаешься от правительства, Кенерия? Чем все вы от них отличаетесь?
— Кари, это война. А на ней, как известно, все средства хороши! — захохотал Кенерия и вышел из комнаты.
Катарина отняла ладони от лица и встала с кровати. Она похромала к смотровому стеклу, что все еще было прозрачным, и взглянула на Лавджоя. Он пришел в себя и даже поднял голову, глядя на нее с той стороны. Губы что-то прошептали. Что?
«Я приду за тобой».
— Зачем ты остался? — покачала она головой в ответ. — Почему не бросил меня, когда следовало бежать со всех ног?
«Я приду за тобой».
Она приложила ладонь к смотровому стеклу и поцеловала его.
— Разве ты еще не понял? Они все равно убьют нас.
Смотровое стекло потемнело, отрезая от ее взора висящего в поле Лавджоя.
Катарина вернулась на кровать и укрылась одеялом. Оборотни и рекомбинанты созданы из людей. Возможно, у них больше общего друг с другом, чем с остальными людьми…
***
