— Подозрение, что Терру отравили появилось практически сразу, как только мои пальцы волдырями побило, — Аврора пожала плечами. — Я Катерине об этом предположении сказала, и больше ничего не изменилось. Это настораживало. Мне нужен был союзник: тот, кто умен, кто близок к Птаховым и Главному дому, тот, кто верен интересам Гелиана, и кто умеет хранить чужие секреты. Конечно же, я выбрала в союзники тебя. Хотя, если честно, ты был последним человеком в поселке, к кому бы я пошла за помощью. Однако в этой ситуации речь шла не обо мне. На кону стояла жизнь новой хозяйки Главного дома. И понеслось. И будто не было всех этих лет, и будто я все та же девчонка, сидящая в одной с тобой комнате, только на этот раз ты не книгой увлечен, а мной… И пропасть между нами как никогда широка, а тебе на все наплевать и ты прыгаешь ко мне… …а я все никак поверить в это не могу, ведь я слишком давно безответно в тебя влюблена… Уверен, что на самом деле любишь? — произнесла Аврора. — Думаешь, это не похоть? Не долг, не обязанность, не забота о твоем ребенке, а именно то самое чувство внутри, когда простое созерцание со стороны приносит радость и от улыбки, пусть даже улыбаются не тебе, становится так тепло внутри, так уютно… Ты уверен, что месть за меня стоит жизни человека, которого ты называешь «дядей»? Отказаться не поздно, Радомир. Я все пойму. Не стану попрекать или злиться. Ты так много сделал для меня… Я всегда буду благодарна тебе за это. Но я не хочу, чтобы в один прекрасный день ты взглянул на меня и понял, что это была не любовь, и чувства, которые ты испытывал, изжили себя.
Радомир сделал глубокий вдох и разжал пальцы. Обрывки карт посыпались на пол.
