— А как ты оказалась в монастыре? — продолжила разговор Эстелла. — О-ох, это долгая история. Работала я в борделе, значит, несколько лет работала, никого не трогала. Но год назад повадился ходить ко мне один постоянный клиент. Симпатичный мальчик, молодой, но бедный. Годков восемнадцать. Мне-то уж двадцать пять, поэтому меня смешат такие сопляки с их романтическими бреднями. Короче, запал он на меня, — Инес захихикала. — Представь себе, говорит: люблю, не могу. Даже предлагал меня забрать из борделя и убежать со мной куда-нибудь. Не, ну понятно, я-то смогу жить нормальной жизнью, ежели уеду в другое место. В этом-то городишке мне дорога повсюду заказана. Такие как я, мы ж не можем даже ходить везде, где хочется, и когда хочется. Да только зачем мне куда-то бежать, ежели мне неохота? Мне и тут неплохо. Бывает, клиенты попадаются разные, и дураки приходят, куда без них, но у нас там даже охрана есть. Донья Нэла обо всём позаботилась. Ну так вот, послала я этого мальчика куда подальше, и он мне сказал: ах, так, ну тогда я женюсь на порядочной и забуду про тебя. Ну и скатертью дорога, женился он на какой-то святоше. Представь себе, и это после того, как побегал по шлюхам, — Инес, запрокинув голову, зашлась грубым хохотом. — А месяца два спустя гляжу, опять толчётся у моего порога. Доступ к телу жёнки запрещён, она ж правильная. А Инес чего, её можно и так, и сяк. Вот и пришёл обратно. Всё бы ничего, но тут угораздило меня опять залететь. Донья Нэла, когда узнала, разозлилась так прям жуть. Она терпеть не может беременных. Короче, сказала мне, чтоб я искала папашу ребёнку, требовала с него денег и место, где жить, а потом убиралась по-добру, по-здорову из её заведения. Знаешь, а я ж ведь не могла бы сказать кто папаша-то. — Почему? — удивилась Эстелла. — Разве ты не знаешь, с кем у тебя было.... была связь? — А как знать-то? Ежели у меня за ночь по нескольку клиентов бывает. Ну, представь себе, я принимаю в ночь их одного за другим, потом выясняю, что залетела. От кого? Поди разбери! Ну я подумала тогда и решила пойти к тому, который трындел, что любит меня. Пришла прям к нему домой и сказала, что ребёнок у меня от него, — Инес опять заржала, скаля белые зубы. — Но он ведь не поверил. Я-то думала, он совсем наивный, да промахнулась чуток. А потом выперлась его жена, начала орать, и я ушла. Ну мы после ещё несколько раз с ним встречались. Но тут советчик у него отыскался, чтоб его. Он сказал, будто брат ему посоветовал мне сказать, чтоб я от ребёнка избавилась. Я, кстати, того братца-то видала. Красивый чёрт, глаз не оторвать, но сука та ещё. Он редко к нам захаживал, но девки все от него млели прям. Эстелла напряглась. Сердце заколотилось быстро-быстро. — Ничего, если я покурю, пока монашки не видят? — Инес вынула сигариллу из кармана простого коричневатого платьица, что было на ней надето. — Ничего. А как зовут того мужчину, что в тебя влюбился? — дрожащим голосом спросила Эстелла. — Клементе. А что? Эстелла, всхлипнув, закрыла лицо руками. — Нет, этого не может быть... таких совпадений не бывает, — забормотала она. — Чего это с тобой? — изумилась Инес. — Просто... просто я знаю эту историю. И я знаю Клементе. Он... он брат моего мужа. — Твоего мужа? — Инес закашлялась. — У тебя есть муж, детка? — Больше нет, — Эстелла кусала губы. — Его звали Данте. Это он посоветовал Клему тебе не верить. Но Данте... мой Данте умер. Три дня назад. Наступила тишина. Похоже, Инес была шокирована. — Как умер? Данте умер? — Угу... — уронив голову на руки, Эстелла разрыдалась в голос. — Но... он же совсем мальчик ещё... От чего же он умер? Как он мог умереть? — Его убили... Снова молчание.
— Теперь я всё поняла, — задумчиво сказала Инес. — Когда я спрашивала Клема, почему к нам больше не захаживает его брат, он сказал, что тот женился. Значит, ты и есть та самая его жена? Ну надо же, чего только не бывает в жизни! Значит, поэтому ты была в таком состоянии? Мы, получается, с тобой встретились в день его смерти, вот оно что! Ты очень его любила, да?
