— Что, не нравится? Какая ты капризная, красавица!
— Оч-чень нравится, — промямлила Эстелла.
— Можно идти на бал! Только смотри, как бы тебя не похитили по дороге, уж очень ты соблазнительна, — двумя пальцами взяв Эстеллу за подбородок, Данте провёл кончиком языка по её губам.
По спине у девушки побежали мурашки. Татуировки и обручальное колечко заискрились, как и волшебное платье, что наколдовал её возлюбленный. Данте приступил к жарким поцелуям; магию его Эстелла ощутила даже на губах. Он бережно погладил девушку по волосам, и те вспыхнули, как багряное пламя заката. Нетерпеливые губы Данте скользнули ниже — на шею и в вырез платья, что на добрую половину выставлял напоказ эстеллину грудь. Воздух в лёгких закончился, Эстелла ощутила дикую, животную страсть. И когда Данте зубами стянул платье с её плеч, у Эстеллы потемнело в глазах. Всё потухло, и она, как вода, стекла ему на руки.
Данте аккуратно уложил её на постель. Укрыв её одеялом, поцеловал и шепнул в рот:
— Ты сводишь меня с ума, красавица, но мне надо заняться делами. Прости.
Данте надавил когтем на сияющий агат, что украшал один из его многочисленных браслетов. Тонкой струйкой камень выпустил ароматный дымок. Запах ванили, миндаля и жасмина веером окутал Эстеллу, погрузив её в глубокий сон.
— Спи, красавица, я ещё вернусь, — промурлыкал Данте.
Поднимая плащом вихри, он кинулся к стене, той, что два дня назад раскололась, впустив белую кошку. Данте передвинул несколько самоцветов на ней, выставив их в определённом порядке: сапфир, изумруд, алмаз, аметист, рубин и топаз. Стена задымилась. В ней появилось углубление, из которого торчала острая игла. Данте, не долго думая, насадил на иглу большой палец. Потекла кровь, и на стене возникло зеркало. Данте, приложив к нему палец, кровью вывел буквы: А D F L S.
Вмиг стена раскололась, явив взорам дыру, окружённую ореолом серебристого пламени. Подобрав полы плаща, Данте стремительно шагнул в неё, и дыра сомкнулась.
Узкий тоннель, ярко освещённый факелами, предстал перед юношей. Он двинулся вперёд. Плащ из тёмно-синего шёлка летел за его спиной, будто крылья. Данте шёл так некоторое время, пока не услыхал шум. Он ринулся на звуки, и тоннель, виляя, привёл его к тупику. Прямо из-за каменной стены раздавались голоса. Данте навострил уши. Три разных голоса. Первый принадлежал мужчине, судя по всему, немолодому. Два других были женские: один — низкий и бархатистый, второй — тихий и печальный. Слов Данте не различил, но, видимо, эти то ли люди, то ли призраки спорили. Затем всё стихло, и Данте ощутил, как стена нагревается.
Бабах!
Стена раскололась надвое. Данте едва успел отскочить, как из неё выползла огромная каскавела. Постукивая трещоткой, она скользнула юноше по сапогам. Но Данте не испугался. Пропустил змею вперёд, изучая её, вскинул руку — из когтей его потянулся синий дым. Данте направил руку на змею, и та, вспыхнув, обернулась в чёрную кошку.
— Как я и предполагал, ты — фикция, — заговорил он вкрадчиво и приблизился к кошке, ступая мягко, как ягуар.
— Надо же какая догадливость! — прошипела она. Но больше ничего сказать не успела — когти Данте выпустили синие лучи. Хлоп! Теперь перед ним стояла эффектная женщина, одетая в бархатную чёрную амазонку.
— Предпочитаю смотреть собеседнику в лицо, а не в морду, знаешь ли, — объявил Данте.
— Но... минуточку, как ты догадался, что я человек? — недовольно воскликнула женщина-кошка.
— О, я вижу то, чего не видят другие, — сообщил Данте. — Клариса? Не так ли? Что ж, будем знакомы.
— Откуда ты знаешь, как меня зовут?
— Ай-ай-ай, какая досада! Ты плохо осведомлена, ведьма. До сих пор не поняла с кем имеешь дело? Что ещё более удивительно, раз ты ходишь за мной по пятам уже долгое время. Преследуешь не только меня, но и мою жену. Поэтому мне стало любопытно узнать: что же тебе от нас надобно? — чем больше Данте злился, тем мягче звучал его голос.
— Ну, мы могли бы обсудить этот вопрос, но не в таком тоне, в котором ты начал, — попыталась Клариса взять контроль над ситуацией. Не тут-то было!
— Умолкни, ведьма! Здесь командую я!
— Да ну? — ухмыльнулась Клариса. — А я всё же думаю, что здесь, как и прежде, как и всегда, командует исключительно хозяин этого места.
— Мне плевать, кто здесь хозяин и чем он там командует! — Данте взмахнул головой, стряхивая чёрную прядь с лица. — Ты будешь делать то, что говорю я.
— Не слишком ли ты много на себя берёшь, мальчик?
— Здесь вопросы задаю я! — раскосые глаза Данте сверкнули, будто лезвие меча разрезало воздух. — Сейчас ты, ведьма, пойдёшь со мной к моей жене и объяснишь что тебе от нас надо. Усекла?
Клариса фыркнула:
— Никто не смеет так со мной разговаривать!
Хлоп! Она хотела обернуться в кошку, но Данте, одновременно с её манипуляцией, взмахнул рукой, и превращение Кларисы прошло неудачно. Теперь у неё было человеческое тело и кошачьи голова и хвост.
Данте яростно расхохотался.
