К счастью, никто из бойцов не пострадал, но их обнаружили и начали обстреливать. Двое фашистов, думая, что члены диверсионной группы погибли, смело бежали в сторону разорвавшейся мины, но были срезаны точной автоматной очередью. Их оружие стало боевым трофеем подрывников, которые вынуждены были отойти под прикрытие леса, оставив ящик с взрывчаткой в тайнике.
Нелепая случайность помешала реализовать план диверсии на железной дороге, но бойцы не отчаивались, рассчитывая, что в следующий раз повезет больше.
Не оставляли мы вне поля своего зрения гресскую полицию, которая, по имеющимся сведениям, готовила нам ответный удар. Когда и где собирались нанести его фашистские лизоблюды? Ответить на этот вопрос можно было, только послав своего человека в Гресск. Он должен был также проработать вопрос перехода нескольких полицейских на нашу сторону.
Пошел Константин Семенович Варивончик, который мог получить необходимые сведения от Владика Варивончика, однако последний помогать отказался.
Чтобы выполнить задание Константин Семенович через знакомую женщину вышел на служившего в полиции Андрея Боровика, которого знал еще по совместной работе в Селецке. Но последний оказался человеком подлым и предал подпольщика. Константина схватили и доставили в гресскую комендатуру, где под охраной полиции он вынужден был ждать решения своей судьбы. Вечером на охрану арестованного заступил Хурсевич. Как мне докладывали, этот человек в полицию попал случайно, сочувствовал своим односельчанам. Вот и сейчас, едва только ушел полицай, которого он сменил, Анта заглянул к арестованному, сказал:
— Когда хорошо стемнеет, я открою дверь, и ты уходи. Позже подниму стрельбу и тревогу…
Побег удался. Было ясно, что в полиции есть еще люди, готовые работать против своих новых хозяев, а значит нужно продолжать агитацию и разъяснительную работу, чтобы перевести их на свою сторону.
Решением этой задачи занимались многие члены боевой группы «Борцы», а впоследствии партизанского отряда имени Котовского, поскольку у многих родственники и хорошие знакомые служили в полиции, или имели возможность воздействовать на полицаев, открыто беседовать с ними, обсуждая возможность перехода на сторону патриотов.
Так, в деревне Покрышево, брат Виктора Варивончика ремонтировал полицаям да всем односельчанам резиновую обувь и клеил галоши.
Вот к нему и направился Виктор, чтобы через этого человека организовать переход на нашу сторону нескольких полицейских.
Двое суток он шел по лесу и вышел на пост в Замостье при школе. Подполз кустарником, взял корч на плечо и прошел с топором возле поста. Подозрений не вызвало. Переговорил с братом о переходе к нам из полиции 12 человек и о передаче оружия и боеприпасов. В курятнике было спрятано для передачи нашей группе 3 автомата, 6 винтовок, ящик гранат и много патронов. Ждали сигнала к переходу.
Отряд имени Котовского постепенно пополнялся местными жителями, военнослужащими окруженцами, бывшими военнопленными. К концу 1942 года численность его превышает полсотни человек. Такое же количество активистов, связных, агентов-осведомителей оставались на своих местах и готовы были в любой момент взяться за оружие. Партизанам и подпольщикам требовалось оружие, боеприпасы. Необходимо было организовать и решить бытовые, хозяйственные вопросы.
В связи с этим возникла острая необходимость в оружейной мастерской. Такую мастерскую я поручил организовать местному жителю деревни Блащитник Николаю Игнатьевичу Далидовичу, бывшему кузнецу и механику Пуховичской МТС и колхоза имени Свердлова. Николай Игнатьевич со всей ответственностью и серьезностью взялся за выполнение поручения партизанского отряда.
В начальный период оружие добывали, как могли. Через очевидцев выясняли места, где проходили бои и где могло быть оставлено оружие. Использовали тайники указанные отступающими красноармейцами, оказавшимися в окружении. Они переодевались в гражданскую одежду, так было проще пробраться к линии фронта. Доставали оружие из реки Птичь, ее притока Осиновки и других водоемов. Такое оружие требовалось комплектовать, восстанавливать, приводить в боевую готовность.
Оружейную мастерскую Далидович организовал в мурованном из камня погребе на опушке леса в деревне Блащитник. К концу лета 1942 года здесь мог быть выполнен любой заказ партизан и подпольщиков.
Впоследствии эта оружейная мастерская стала кузницей для многих партизанских отрядов, действовавших на территории Гресского и Пуховичского районов Минской области. И не только оружие ковала здесь местная патриотическая семья Н. И. Далидовича. Здесь изготавливались агрегаты и приспособления для обмолота зерновых, помола муки, выпечки хлеба, для решения любых хозяйственных вопросов тылового обеспечения.
