Кирилл грёб, ел, пил, спал и справлял нужду наравне со всеми. Никаких льгот или привилегий тут никому не полагалось — и мальчишка, впервые вышедший в море, и «хозяин» байдары находились в равных бытовых условиях, хотя спрос с них был, конечно, разный. Времени для размышлений оказалось предостаточно: «Кажется, я начинаю понимать, почему викинги, корсары и прочие пираты демонстрировали отчаянную смелость в битвах. Они ведь предварительно неделями и месяцами болтались в море на своих судах, набитых людьми. А этих людей — соратников — никто не проверял на психологическую совместимость. От такой жизни озвереть очень даже просто — ни себя, ни других станет не жалко. Таучины в обычной жизни драчливы и вспыльчивы, но в байдаре умудряются не ссориться и действовать дружно. Такое впечатление, что существуют некие неписаные правила поведения на воде, которые все знают и неукоснительно выполняют без всякого принуждения».
Однажды вперёдсмотрящие разглядели в прибрежной тундре несколько летних шатров. Они располагались близ впадения в море довольно широкой реки. Как минимум половина флотилии немедленно изменила курс и нацелилась на устье. Чаяк был явно недоволен этим обстоятельством, но повёл свою байдару вслед за ними. Его примеру последовали и остальные.
Байдары, шедшие первыми, высадили на берег десант, который обследовал стойбище. Оно оказалось брошенным населением, причём явно в большой спешке. Судя по всему, мавчувены, узнав о приближении флотилии таучинов, погрузились на лодки и кинулись спасаться вверх по течению. Пять или шесть байдар, не спрашивая мнения остальных, устремились в погоню. Обиженный и злой на весь свет Чаяк заявил, что преследовать мавчувенов не желает, поскольку «слонёнок совсем маленький» и добычи всё равно на всех не хватит. Большинство кормчих с ним согласилось. Решено было ждать ушедших на месте три дня, а потом двигаться дальше.
И ждали. Но к вечеру второго дня на воде показались не союзные байдары, а трупы оленей. Чаяк скрипел зубами: оказывается, данный участок реки является местом «плавей» диких оленей — переправы с берега на берег. Такая переправа вовсе не конкретный узкий участок или брод — олени могут выйти к воде на интервале плюс-минус километров двадцать. Их-то и ждали здесь мавчувены. Ушедшие за ними в погоню таучины, скорее всего, наткнулись на переправляющееся стадо и, вместо преследования врагов, занялись «поколом», благо боевые копья для этого вполне пригодны. Трупы были свежими и плыли десятками, если не сотнями. Часть из них была быстро выловлена и пущена в пищу — народ устроил себе праздник, живота.
Кирилл жевал мясо и пытался понять, почему многие недовольны таким раскладом. Оказалось, что данная местность находится «под юрисдикцией» людей Мэгыя, но мавчувены обнаглели настолько, что вышли аж к самому морю! Тут бы их и взять «к ногтю», чтоб другим неповадно было, но они, вероятно, сумели сбежать.
Через день байдары вернулись — на плаву они держались с трудом, поскольку были перегружены оленьими шкурами и мясом. Кирилл попытался прикинуть на глаз приход-расход, и у него получилось, что, как минимум, половина животных погибла напрасно. В контакт с противником преследователи так и не вступили, хотя нескольких мавчувенов, пробиравшихся по берегу, выследили и убили. Продолжать поход вернувшиеся не хотели, да и не могли — с таким-то грузом! Никто их не осуждал и не отговаривал, но примерно с десяток парней предпочли ратные подвиги возвращению домой и пересели на «пустые» байдары своих друзей или родственников с целью продолжать путь.
После расставания с «дезертирами» Кирилл отвёл в сторонку Чаяка, чтобы задать ему пару «интимных» вопросов.
— Куда и зачем мы плывём, я понимаю плохо, — честно признался аспирант. — Но совершенно точно знаю, что с сильным противником при такой организации справиться нельзя!
— При чём? При орга-зации?!
— В военном походе все должны слушаться одного командира! А это что за разврат получается?!
— Не понимаю, — вздохнул Чаяк. — Чем ты недоволен? Мы всегда так воюем. А самого сильного нет. Или ты хочешь попробовать?
— В смысле?!
— Ну, попробовать стать главным — кивающим. Только для этого придётся одолеть...
Далее последовал перечень знакомых и незнакомых имён крутых воинов — лучников, борцов, бегунов...
— Да ну вас! — безнадёжно махнул рукой учёный. — Воюйте как хотите!
