Однозначно, что владимирский князь отказывался в данной ситуации вступать в битву не из великого человеколюбия. Просто он прекрасно себя чувствовал на неприступной позиции и не видел смысла подвергать войска неоправданному риску. Время сейчас работало на него, и князь не видел смысла пока что-либо менять. К тому же Всеволод надеялся, что ему удастся спровоцировать Святослава на битву и повторить историю на Колокше. Он был мастер на такие дела и в этот раз действовал так же тонко и хитро. Правда, и Святослав Всеволодович был не Глеб Рязанский.
В этот раз решили тоже начать с обоза. Ночью дружины рязанских князей тайно перешли на другой берег Влены и обойдя вражеский лагерь, неожиданно напали на обозы Святослава. Рязанцы учинили там настоящий погром, находившихся в обозе ратников потоптали конями, иссекли мечами, а остальных повязали и погнали в плен. В разгар побоища явился со своим полком Всеволод Курский, а затем подоспел и сам Святослав. Бой вспыхнул с новой силой, уже наступал рассвет, когда в плен угодил рязанский воевода Ивор Мирославич. Видя, что ситуация стала складываться не в их пользу, рязанцы, отбиваясь от наседавшего врага, стали уходить за реку. Их не преследовали, потому что Святослав самым строжайшим образом запретил переходить Влену. Он прекрасно понял, на что рассчитывал Всеволод, затевая этот ночной рейд. Спровоцировать Ольговичей на сражение, заманить на свой берег, а затем разгромить, опираясь на свои неприступные позиции, — вот чего хотел владимирский князь. Но с другой стороны, Святослав осознал очень неприятную для себя истину — суздальцы в бой вступать не будут, они просто будут ждать, когда он перейдет реку.
Но Святослав не хотел вступать в бой на невыгодной позиции! Однако приближалась весна, и была большая вероятность того, что войско южнорусских князей просто потопнет здешних хлябях и трясинах. Или же вымрет с голоду, поскольку из-за распутицы будет невозможно подвести припасы. От отчаяния Святослав отправил к Всеволоду своего попа, и тот передал владимирскому князю слова:
В течение нескольких дней черниговские гридни и половцы прощупывали вражескую оборону, надеясь найти в ней слабое место, но везде были отбиты. С крутых откосов суздальские лучники безнаказанно расстреливали неприятеля, сами при этом оставаясь неуязвимыми. Окончательно осознав, что шансов у него никаких нет, и видя, что вот-вот наступит оттепель, Святослав велел отступать. Последняя попытка южнорусских князей подчинить себе Северо-Восточную Русь потерпела крах.
Святослав Всеволодович был в бешенстве. Все его усилия по организации этого похода оказались тщетными. Огромные средства, которые он вложил в подготовку к войне, были потрачены зря. Престиж среди князей был подорван. Войска Святослава медленно потянулись в сторону Дмитрова, они уходили, так и не скрестив по-настоящему оружие с врагом. Но Всеволод подготовил им ещё один сюрприз. Вызвав к себе наиболее опытных воевод, он велел им брать отряды легкой конницы и атаковать обозы Святослава. Но в бой с превосходящими силами противника не вступать и убегающих врагов не преследовать. В результате подобных действий Святослав Всеволодович лишился практически всего обоза, и это окончательно вывело обычно сдержанного князя из себя. Желая насолить лично Всеволоду, он велел спалить город Дмитров, который был основан Юрием Долгоруким в 1154 году и назван в честь сына Всеволода, в крещении Дмитрия. На большее Святослав оказался неспособен и, выйдя из Суздальской земли, большую часть войск, включая половцев, под командованием Всеволода Курского и сына Олега отправил в Чернигов. А с остальными ратниками и сыном Владимиром ушел в Новгород.
