Войны Суздальской Руси полностью

Черниговский князь Святослав Всеволодович был человеком очень умным и дальновидным, недаром он прошел хорошую школу во время войн Юрия Долгорукого. Когда к нему явилось это пресловутое посольство и объяснило цель своего визита, князь прекрасно понял, к чему идет дело. А шло оно к большой крови. Святослав был уверен, что Михалко и Всеволод от своих прав на княжение никогда не отступятся и будут бороться с племянниками до конца. В.Н. Татищев указывает, что поскольку Ростиславичи были внуками Святослава по линии матери, то дед постарался объяснить им всю неразумность принятия предложения от ростовских и суздальских бояр. Что закон и право не на их стороне: «Сия есть вотчина Юриева, которого настоящий наследник сын его, а ваш стрый Михалко, которым оные прежде крест целовали. И не могут сии своего права вам уступить, но воздвигнут войну и разорят землю, и кто ведает, кому в том Бог поможет. Ежели же хотите без пролития крове получить себе участие, то лучше о том договор учинить со стрыями вашими» (В.Н. Татищев).

Ситуация осложнялась тем, что в данный момент Михалко вместе с Всеволодом приехал в гости к Святославу и здесь они могли узнать о целях посольства. Да и спорить с могущественным дедом Ярополку и Мстиславу было себе дороже. Поэтому Ростиславичи для виду согласились с его доводами и целовали крест, что признают старшинство Михалко. Но одновременно они продолжали вести переговоры с посольством и вельможами Глеба, обговаривая все условия будущего вокняжения. Свои козни им удалось сохранить в тайне, и в итоге племянники с дядьями выехали из Чернигова, отправившись в Залесье. Первыми в Москву приехали Михалко и Ярополк, а там коварный племянник посоветовал дяде подождать его пару дней, поскольку есть большая необходимость отъехать по делам. А сам прямым ходом рванул в Переславль-Залесский, где и был с честью принят ростовскими боярами. Там же собрались полки со всего княжества, включая и 1500 владимирских дружинников. Владимирцы явно не желали видеть на княжении Ростиславичей, но, поскольку от Михалко и Всеволода не было никаких известий, были вынуждены согласиться с решением ростовской и суздальской знати.

Князь Михалко был личностью довольно примечательной. Любопытную его характеристику оставил В.Н. Татищев: «Ростом был мал и сух, борода узкая и длинная, волосы долгие и кудрявые, нос нагнутый, весьма знающим был Писание, с греками и латинами говорил на их языках, как по-русски, но о вере никогда прения иметь не хотел и не любил, поставляя, что все прения от гордости или невежества духовных происходят, а Закон Божий всем один есть».

Казалось бы, книгочей и учёный человек. Но мы знаем, что в битвах князь был храбр, да и в ратном деле смыслил. Поэтому, когда Михалко узнал о подлости племянника, он не растерялся, а двинул прямиком на Владимир-Суздальский, где и был с радостью принят жителями. Но Ярополк моментально оценил обстановку, а потому, воспользовавшись тем, что у него под рукой оказались войска, собранные боярами со всего княжества, выступил в поход на Владимир. Очевидно, что племянник планировал быстро расправиться с дядей. Владимирцы оказали Ярополку отчаянное сопротивление, и осада города затянулась на семь недель. Причем это не было топтанием под стенами города с целью взять врага измором, как это частенько практиковали русские. За Владимир-Суздальский развернулись ожесточенные бои, воины Ярополка штурмовали город, а защитники отражали их атаки на валах столицы. В Лаврентьевской летописи так и прописано: «Володимерцы бъяхутся с города». Сильнейшую крепость Северо-Восточной Руси, имеющую три линии обороны, взять было очень не просто. Тогда на помощь Ярополку явился брат Мстислав, а затем прибыли муромские и рязанские полки. Новоявленные союзники выжгли и разграбили окрестности Владимира, а Ростиславичи этому не сумели помешать. Хотя, что вполне возможно, просто не захотели. После прихода к врагу подкреплений положение осажденных значительно ухудшилось, потому что в городе начался голод.