— Охотиться! — радостно закричала Ниве и издала боевой клич, который эхом разнёсся по округе. В ответ Кайлан только усмехнулся и прибавил скорости. Буквально через сотню метров он резко остановился и снова втянул носом воздух, принюхиваясь. Небольшая заминка — и опять бежать. Микаэла уже не чувствовала ног, продолжая нестись вперёд уже чисто автоматически. Но вдруг Кайлан сбился с пути, потеряв след. Мужчина закрутился на месте, словно гончий пёс, жадно втянул носом воздух и недовольно рыкнул.
Он пытался найти след ещё не один раз, но снова и снова сбивался, стоило ему дойти до определённого места. Ниве уже начала немного скучать, как внезапно на её лице отразилось невероятное удивление. С шумом втянув воздух в нос, эльфийка распахнула глаза и многозначительно тыкнула пальцем на юго-восток.
— Оллен лакте! — крикнула Ниве. — Лакте!
— Она говорит, птицами пахнет, — пояснила Микаэла, мимолётом взглянув туда, куда указывала эльфийка. Кайлан удивлённо вскинул брови и, неожиданно побледнев, расхохотался. От смеха его даже стало немного жутко. Расплывшись в широкой улыбке, Кай пробормотал:
— Птицы… ну конечно! Я шёл по запаху волков — тут проходит их тропа. А с этого места поворачивал на птичий запах. Только он не совсем птичий… Потом узнаете. За мной!
Убийца снова бросился по следу, тщательно принюхиваясь. Мао старался помочь, чем мог, и несколько раз находил нужную тропу, когда Кайлан снова сбивался. Солнце уже наполовину спряталось за горизонтом — а эти двое, казалось, ещё совсем не успели устать. Темноволосый мужчина бесстрашно рвался в темноту, буравя её пристальным взглядом, а Микаэла испуганно жалась позади. Но неожиданно Кай остановился. Ведьма с удивлением посмотрела на него, пытаясь понять, в чём дело. Снова сбился со следа? Или увидел какого-то врага?
Кайлан сделал осторожный шаг к одному из деревьев и, посмотрев ему под корни, бросил через плечо:
— Микаэла, спроси у Ниве, Боре может разрыть здесь землю? Боюсь, у Мао не получится.
Ведьма наскоро перевела эльфийке слова Кая, и воительница, ударив себя в грудь, громко крикнула:
— Боре хороший! Боре рыть землю!
Белый медведь, не дожидаясь, пока его хозяйка слезет с его спины, подошёл к дереву и бросил на него пристальный взгляд. Осторожно принюхавшись, зверь попробовал копнуть лапами землю и остался вполне доволен результатом. После этого клочья так и полетели — Боре даже, кажется, понравилось копать. Спустя несколько секунд Кайлан глянул через его плечо и кивнул. Когда Ниве снова взобралась на спину медведя, убийца бережно вытащил из ямы что-то круглое и довольно тяжёлое. Микаэла прищурилась, чтобы получше разглядеть эту вещицу в полумраке. Какой-то драгоценный камень? Или обычный булыжник? Но тут луч заходящего солнца пал на его поверхность и отразился тысячью изумрудных переливов. Микаэла изумлённо выдохнула и мгновенно поняла — нет, это не драгоценность или камень, а самое настоящее яйцо. Драконье яйцо.
— Откуда ты его вообще взял?! — воскликнула девушка, касаясь скорлупы кончиками пальцев. — Драконы же такие редкие! Найти их кладку — настоящая везение!
— Учитель сам мне показал её когда-то, — прошептал Кайлан, опуская яйцо на землю, — и я, кажется, догадываюсь, зачем он это сделал. Ты ведь говорила, что дух Цуй-лэня сейчас обитает в нефритовой статуе на островах наг? Да… чтобы переродиться, ему нужен сосуд. И этого яйца будет достаточно.
— А разве он не будет долго расти? — нахмурилась Микаэла, но мужчина улыбнулся и поспешил её успокоить:
— Мы сможем сделать так, чтобы на время боя он смог изменить свой облик. Но для этого нам потребуется сила Керацу. Не исключено, что ей даже придётся отказаться от участия в сражении — связь с Лэнем ни в коем случае не должна прерываться. Но Учитель, пожалуй, единственный, кому по силам победить Цуй-ро.
Микаэла понимающе кивнула и опустилась на колени, чтобы лучше рассмотреть лежащее на земле яйцо. От скорлупы шёл дымок — настолько она была холодной. Но сквозь неё можно было увидеть дремлющее внутри создание. Такое хрупкое, беззащитное и слабое… Микаэла не могла поверить, что это существо могло быть драконом — почти всемогущим потомком самих богов.
Завернув яйцо в плащ, Кайлан коротко приказал возвращаться в лагерь. Они едва успели вернуться до наступления кромешной тьмы, но от сна этой ночью им всё-таки пришлось отказаться. Кай едва ступил на территорию лагеря, как тут же бросился к огромному полыхавшему в центре костру и положил возле него яйцо. Анастериан, дремавший рядом, приоткрыл один глаз и сонно произнёс:
— И что теперь? Чего ты притащил?
Но стоило паладину полностью открыть глаза и глянуть на яйцо, его лицо мгновенно изменилось. Вскочив на ноги, мужчина осторожно коснулся холодной скорлупы и изумлённо прошептал:
— Драконье яйцо… настоящее… Небирон! Керацу! Вы нам нужны!
