Сердце дрогнуло в нерешительности. До этого я действовала против преступников, против тех, кто лишил бы меня жизни при первой же возможности. По крайней мере, так я оправдывала кровь на своих руках. Но Лито был союзником, тем, кому я доверяла, пусть и не полностью. Настал финал нашего союза, и он проходил не по моему сценарию. Вот только мне всё равно было сложно поднять руку против того, кому столь многим обязана.
Интересно, сомневался ли Крис прежде чем приговорить кого-то к смерти? Он ведь ежедневно общался со стражами, стал многим товарищем, даже другом. Мучила ли его совесть или он просто хладнокровно делал то, что считал правильным? Возможно, когда-нибудь мне удастся задать ему этот вопрос. Если, конечно, решусь, потому что я не уверена, что хочу услышать ответ. Кажется, даже после всего мне хочется видеть в нём хоть проблеск человечности.
– Клио, не уходи, давай обсудим то, что происходит. Пострадают же невинные, я знаю, ты этого не хочешь, иначе бы не уничтожала опасные артефакты, – Лито нагнал меня у двери.
– Слушай, – поморщилась я и резко замолкла, когда ощутила источник слишком знакомой энергии.
Мощной, яркой. Она не изменилась с нашей последней встречи у Райских Врат. И все те чувства, что, казалось, давно утихли, ожили вновь, обжигая нутро кипучей яростью и всепоглощающей ненавистью.
– Самуил, – прорычала я, моментально срываясь с места.
В эти мгновения почти забыла об осторожности, о том, что несусь на энергию сильнейшего серафима: мной двигала только ненависть. Стоило выпрыгнуть в окно, как за спиной распахнулись крылья, поднимая меня над крышами домов. Благоразумия хватило только на то, чтобы активировать маскировочный артефакт. Он создавал оптическую иллюзию, с земли меня невозможно было увидеть, а вот вблизи бы случайный свидетель наткнулся на сероватую живую тень. И так как в Эдеме не в ходу байки про привидений и прочие сверхъестественные явления, сразу бы понял, что перед ним тёмная и опасная личность. А вот энергию я не излучала, точнее ортелл не производил даже минимальных эманаций, и не без помощи одного нечистого на руку артефактора мне удалось научиться наполнять накопители. Теперь каждый из моих артефактов был набит под завязку энергией печати, что позволяло использовать их на максимуме возможностей. Всё же зря легионеры недооценивают дианалий, в умелых руках ортелл смертелен даже для серафима.
И может, пырну ножом одного гада, если подвернётся возможность…
Самуил пролетел над городом и приземлился на широкий балкон дворца Азазэля. Судя по выбранному этажу, откуда мне только недавно самой посчастливилось любоваться видами Акеирона, он метил в личное крыло серафима. Энергию не скрывал, потому я решила воспользоваться другим входом, влетела в помещение через соседнее открытое окно и оказалась в погружённой во мрак просторной музыкальной комнате. Свет лун подсвечивал различные инструменты, и я даже мысленно удивилась про себя пристрастиям Азазэля, ведь не думала, что его педантичная натура тянется к искусству. Впрочем, серафимы – личности многогранные. Вспомнить хотя бы любовь Кассиэля к живописи и скульптуре. Увидев его в бою, ни за что не подумаешь, что он так же искусен с кисточкой, как и с мечом.
Быстро пройдя через комнату, я выглянула в коридор. В это время ночи он был пуст, и освещался редкими кристаллами. Правда, темень не защитит меня от разоблачения, если кто-то приблизится. Но энергия Самуила была близко, слишком близко, чтобы просто уйти. Потому я двинулась дальше, не без помощи артефактов бесшумно приблизилась к двери, за которой чувствовала серафима, и осторожно её приоткрыла, прислушиваясь к звукам изнутри. Голоса слышались вдали, благо мой усиленный когда-то кровью архонта слух позволял их уловить.
– О своём визите стоит предупреждать, – недовольно упрекнул Азазэль, и только тогда его энергия открылась.
– У меня нет времени на праздные беседы. Пока движение миров на моей стороне, но это может быстро измениться, – отозвался Самуил.
Меня затрясло просто от звука его голоса. Перед мысленным взором явственно предстало его лицо с издевательской улыбкой на полных губах. Я помнила ту ночь, помнила, как он наслаждался, пока мучил меня. Полтора года в Эдеме не смогли погасить мою ненависть. Я не уверена, что она до конца иссякнет даже после его смерти, даже если смерть будет подарена мной…
– Я открою Врата, и мне нужна поддержка. Земля потеряла свою защитницу, демоны слабы.
– Однако именно демоны помешали тебе в прошлый раз, – парировал раздражённо Азазэль.
– На этот раз не помешают, они заняты, в Тартаре проблемы, – ядовито рассмеялся Самуил.
– Что ты имеешь в виду? – тоже заинтересовался Азазэль.
