– Я не возбудилась, он… прекратил. Признаться, я сама не поняла, что произошло.
– Серафим привык, что женщины его желают, – кивнула Линея. – Ты для него вызов.
– Судя по всему. Надо было кидаться на него в попытках стащить штаны? – иронично улыбнулась я. Переглянувшись с подругой, мы рассмеялись. – Но я боюсь другого. Что Азазэль не позволит мне участвовать в отборе в центурион.
– Он может, – согласилась со мной Линея, ненадолго задумавшись. – Но… он не всегда присутствует на отборе. Тебе лишь надо его пройти, доказать свои желания. Но если Азазэль запретит, он в плохих отношениях не только с Кассиэлем, ты можешь попросить об убежище в другом центурионе.
– Да ты гений! – я громко чмокнула расхохотавшуюся подругу в щеку.
***
Работа следователем завершилась, я поступила на службу в гарнизон личной стражи дворца серафима. Звучало красиво, а на деле мне приходилось охранять собственность, на которую и так не покушались. С Азазэлем мы почти не пересекались, что удивляло и давало слабую надежду на то, что его планы в моём отношении простираются только на рабочую сферу. Но вскоре стало ясно, что я ошиблась. Шёл обычный день караула. Я медленно брела по коридору, совершая обход, когда на моём пути возникла Алишана.
– Клио, здравствуй.
Девушка и раньше могла похвастаться привлекательной внешностью, а жизнь во дворце пошла ещё ей на пользу. Волосы блестели золотом. Кожа сияла. Изящную фигуру обхватывало белоснежное платье, подчёркивая все достоинства бывшего отара отряда дианалий. За спиной супруги серафима толпились служанки, с интересом наблюдая за сценой.
– Привет, Алишана, – улыбнулась я, пусть маска и скрывала лицо, на что девушка недовольно стиснула челюсть.
Может, рассчитывала на более официальное обращение, но я не собиралась перед ней стелиться.
– Идём за мной, – потребовала она, красиво развернулась и стремительно двинулась к ближайшей двери.
Я подчинялась приказам только серафима, хоть и была обязана охранять его супругу, потому могла отказаться. Но, немного подумав, решила послушать, что она хочет сказать, потому направилась следом.
– Оставьте нас, – приказала Алишана, мельком оглядев помещение.
Мы оказались в обширной гостиной, залитой в это время дня солнечным светом. Служанки закрыли за моей спиной дверь, и мы с Алишаной остались наедине.
– Что, поняла кого упустила, и решила забрать себе? – прорычала она, стиснув ладони в кулаки, но в глазах девушки предательски зажглись слёзы.
– О чём ты? – искренне удивилась я.
– Азазэль перестал меня посещать. Он проводит ночи с тобой? Ну и как в постели с чужим мужем?! – истерично воскликнула она.
Я же про себя очень некрасиво выругалась. Азазэль решил развестись? Надеюсь не из-за меня.
Ну да, учитывая педантичную натуру серафима, он вполне мог подойти к вопросу получения понравившейся девушки последовательно. Сначала развод, следом свадьба с другой. Всё логично. И ужасно!
– Ну?! Что ты молчишь? Совесть не даёт ответить?! – Алишана была готова разрыдаться.
Я же ощутила, что скоро наше уединение прервут, потому сняла с лица маску и повесила её на пояс. Девушка так удивилась, что приоткрыла рот и перестала трястись от злости и приближающейся истерики.
– Не смей обвинять меня в том, чего нет, Алишана, – жёстко потребовала я. – Я никогда не спала с твоим мужем. Более того, меня не привлекают мужчины. Азазэль знает об этом, потому и отказался от идеи брака со мной.
– Не привлекают? – кажется, девушка пребывала в полнейшем шоке.
– Да, мои вкусы отличаются от общепринятых, – подтвердила я вкрадчиво, двинувшись к Алишане. – Азазэль – безусловно привлекательный мужчина, но мне куда интереснее… ты.
– Я? – пискнула она, начиная отступать.
– Во дворце ты расцвела, – кивнула я, продолжая напирать на бедняжку под тихое хихиканье Лилит.
– С-спасибо, – дрожащим голосом пробормотала Алишана и вздрогнула, когда напоролась бедром на диван.
И тогда я приблизилась, положила ладони на его спинку, заключая девушку в своеобразный капкан.
– А ты? Что думаешь обо мне? Нравлюсь? – уточнила я томительным полушёпотом.
– Ты… ты красивая, Клио, – закивала она чересчур активно. – Но я… я замужем. И предпочитаю мужчин.
Сдерживать смех удавалось с трудом. И что она растерялась? Неужели думает, что я брошусь её насиловать?
– Ты просто не пробовала, – убеждённо заверила её я. – Неужели никогда не хотелось поцеловать женщину? – и приблизилась, почти касаясь своими губами её губ.
