– К эдемским нет. Тут реально повезло. Видимо, состав схож, – я с подозрением взглянула на горшочек и отставила его в сторону. Как-то быстро пропал аппетит. – И что, никаких подозрений?
– Подозрений достаточно, – ответил он расплывчато. – Я проверил твою еду, ешь без опаски. Скоро тебе изготовят артефакт, выявляющий яды.
– Докатились, меня хотят убить. Никогда такого не было, и вот снова, – проворчала я, хватаясь за горшочек.
***
На следующий день я проснулась разбитой из-за потери энергии и, судя по наполняющему комнату солнечному свету, проспала дольше, чем обычно. Серафим к тому, что снова покушается на моё тело, ещё и сбивает мой график. Интересно, почему Риани меня не разбудила? И почему не задёрнула шторы? Странно, может с ней что-то случилось? Забеспокоившись о девушке, я подползла к краю кровати, но тут пришли ответы на все мои вопросы. Сильная рука обвила талию и утянула меня обратно к центру кровати, чтобы прижать к обнажённому мужскому телу. Телу моего мужа.
– Ты… ты что тут делаешь? – кашлянула я от неожиданности. Обычно же он уходил среди ночи. – Тоже проспал?
– Я же сказал вчера, теперь между нами всё будет иначе, – Кассиэль припал губами к моему ушку.
Горячее дыхание послало табуны мурашек по телу, усиливая общее душевное замешательство.
– Как-то ты слишком резко взял разгон, – я вновь попыталась подползти к краю кровати, но побег был пресечён в зачатке.
Кассиэль надавил на моё плечо, приподнялся, нависая сверху. Пряди золотисто-алых волос скользнули по моему пылающему от шока лицу. Взгляд серафима сосредоточился на моих губах. Ладонь мужчины красноречиво сжала моё бедро.
– Эй, притормози, – потребовала я, нахмурившись. – Ночью же… было. Буквально несколько часов назад.
– Зачем ограничивать себя ночными часами? – он нагнулся к моему лицу, слегка прихватил мои губы своими, продолжая поглаживать бедро.
– Мне надо в туалет, – нашлась я, начиная паниковать.
Ведь вчера не сумела осознать масштабы катастрофы, да и не верила словам неверного мужа. Но, похоже, он был твёрдо намерен изменить формат наших отношений. Что меня совершенно не устраивало!
– Иди, – понимающе улыбнулся он и откинулся спиной на постель. Я подползла к краю кровати, села, прижимая одеяло к обнажённой груди, чтобы не соблазнять мужа. – Потом пойдём вместе в купальню, – добил он меня.
– А как же твои мегаважные серафимские дела? – шок проходил, сменяясь злостью, теперь я скрежетала зубами.
– Дела есть, – подтвердил он. – Но я могу позволить себе утреннее омовение и завтрак с супругой, – в голосе Кассиэля слышалась улыбка.
Похоже, его ситуация забавляла. А я ощущала себя истеричкой, потому что со стороны всё больше походило на обиду капризной жены. Муж старается, а она не ценит. И пусть всё было не так, я не могла отделаться от этой ассоциации. Не удивлюсь, если снова из-за атайи.
Потом спокойно поднялась, больше не пытаясь прикрыться и обернулась к Кассиэлю. От него не укрылись изменения во мне, и он явно задавался вопросом, чего ждать теперь. Я прямо ощутила себя личным клоуном серафима.
– Как скажешь, – ровно ответила я. – А обед и ужин?
– Мы тоже проведём вместе, – слегка прищурив глаза, проинформировал он меня.
– Поняла, – кивнула я и, отвернувшись, побрела в сторону купальни.
В конце концов, не врала про туалет. И надо бы уединиться, чтобы пометаться по комнате и проораться про себя. Правда, это не особо помогло. А после посещения дамской комнаты пришлось спуститься в бассейн. Вскоре ко мне присоединился Кассиэль. Похоже, он решил вспомнить нашу первую брачную ночь. Потому что сначала хорошенько меня намылил, доводя до исступления проснувшегося суккуба, а следом положил на каменную софу. Разница с тем днём состояла в том, что на этот раз я всё запомнила. В деталях. Которые ещё долго вспыхивали в мыслях, пока мы неторопливо завтракали.
– Ты можешь снова полететь к реке, – сообщил Кассиэль мне, и я мимолётно обрадовалась, но серафим быстро опустил меня с небес на землю. – Тебя будет сопровождать охрана. Мы до сих пор не выяснили, кто организовал покушение.
– Они будут охранять меня от врагов или…
– Не напоминай мне о произошедшем вчера, – оборвал он меня, опасно сузив глаза, и я невольно напряглась, перестав жевать. – Гефестиан – один из лучших моих воинов. И только поэтому он ещё жив.
– Я думала, потому что мы просто друзья и между нами ничего нет, – пробормотала, буквально протолкнув кусочек мяса через глотку в желудок.
– Не совсем. Если бы я его убил, ты бы мне не простила, – хмыкнул он, чуть наморщив благородный нос, и придвинул мне по столешнице блюдо с мясом.
Понял, что мне нравится больше всего.
– Никогда бы не простила, – заверила я его. – У меня нет здесь друзей. Гефестиан единственный, кто отнёсся ко мне как к почти обычной девушке. И всё равно держал дистанцию. А ты лишил меня и его.
