Тим был нужен, чтобы решить вопросы с машиной. Энзо брал ее на имя Адена, через Тима, и не предполагал, что что-то может пойти не так, поэтому светлое имя Адена стоило очистить как можно скорее. Владелец машины, возможно, с трудом поверит в историю с волком, но даже если так, это вряд ли остановит его от требования выплаты за повреждения. У Энзо не было таких денег. Но он намеревался достать их позже. Поэтому, Тиму нужно убедить владельца в том, что машине требуется деталь, находящаяся в другой стране, ее нужно будет заказать и начать ремонт. Необходимо было подделать квитанции и чеки, в общем сделать вид, что оплаты были произведены, дабы успокоить хозяина кабриолета. Далее следовал звонок матери. Он отправил ей некоторые сбережения. Еще месяц тому назад парень выкрал золотой браслет у русского бизнесмена, тот, вероятно, даже не заметил его пропажи – был в стельку пьяным в дорогом ресторане, в которой часто наведывались с «охотой» Энзо с Каей. Энзо недавно сдал его в ломбард. Вышла кругленькая сумма. Каждый месяц он отправлял часть денег маме – а она, в свою очередь, без вопросов принимала их.
Кая, тем временем, позвонила подруге, у которой остается на ночь, сообщить, что сегодня она побудет в другом месте. Он чувствовал, что Кае была необходимо близость с ним, она не вынесет расстояния – не в таком состоянии, поэтому сам предложил остаться ночевать в кафе. Сейчас им лучше держаться вместе. Кая не была любвеобильным человеком, но он мог поклясться, что и она скорбела по Уолсену – человеку, проявившему необоснованную заботу к девушке, наевшейся белладонной.
У Энзо также появилось время, чтобы обдумать то, что он сказал Амелии в больнице, хоть его мысли и возвращались к большому лицу с рыжей бородой с широкой светлой улыбкой. Странно было не слышать его посвистывание на кухне, не ощущать запаха котлет, не слышать его комментарии. Теперь Энзо понимал, что у Уолсена и правда были некоторые проблемы с... восприятием. Он часто путался, многое забывал, порой реагировал на происходящее, как ребенок.
– Ты сейчас взорвешься, – прокомментировала Кая, спускаясь со второго этажа в кафе, – У тебя вена на лбу вздулась.
Энзо сидел за одним из столиков и переписывался с другом, у которого иногда оставался переночевать. Только сейчас он заметил, что его пальцы замерли в воздухе и не притрагиваются к клавиатуре.
– Задумался.
– Я тоже начала часто выпадать из реальности, – поделилась Кая. Девушка отодвигает стул с тремя целыми ножками и садится за его стол, – Порой мне кажется, что я героиня какого-то экшен-фильма.
Энзо хмыкнул и поставил телефон на блокировку:
– Не скучаешь по прежним дням?
– Когда мы оба были против целого мира? Конечно, скучаю. Нас никто не держал. Мы делали все, что хотели. Даже полиции было за нами угнаться.
– Им почти удалось, – напомнил Энзо. Его когда-то задержали за драку в торговом центре. Но никто никогда не ловил его за истинные преступления. В своем деянии он был искусен.
– «Почти» – ключевое слово, – ответила Кая.
– Раньше я думал, что неопределенность – это хорошо. Думал, что жить одним днем лучше, чем планировать все наперед. Теперь я понимаю, что гораздо проще жить, зная, что ждет тебя завтра.
– И я это поняла, – согласилась девушка, – но я скучаю по той неопределенности, что была у нас раньше. Полуволки превратили наше размытое будущее в туманное.
Энзо кивнул. Девушка, нахмурившись, поменяла тему:
– Тебя что-то беспокоит. И это не скорбь. Что-то другое. Колись.
– Порой мне кажется, что я с ума схожу.
– Так поделись со мной всем, что тебя гложет. Ты же знаешь, что я поддержу, дурная твоя голова.
Вот она, его Кая. Колкости с ее стороны были как музыка для его ушей. Они возвращали его в школьные времена, когда девушка осуждала очередную его незаконную затею, но соглашалась на ее осуществление. Как давно это было...
– Ты уже привыкла ко всему этому? – он имел в виду к полуволкам. Времени было ничтожно мало, и у них так и не выдалось минутки досконально обсудить все то, что происходит. Он скучал по разговорам с ней. Кая была внимательным слушателем.
– Я все еще... нас стадии принятия, – пожала плечами девушка.
– А я вот до сих пор ночами не сплю и думаю, как такое возможно. Дэн и Виль, вроде бы обычные парни... Я всегда знал, что Патрия полна чудаками. Но такое ты и в страшном сне предположить не сможешь.
– Иногда я забываю, что Виль – полуволк, – призналась Кая, – вспоминаю только тогда, когда они с Дэном выходят на ночь.
– Теперь они будут не одни. В прекрасную семью Запансов вернулся еще один брат.
– И советница альфы.
– Не знаю, рад ли я этому. С одной стороны, шансы выжить возросли.
Кая улыбнулась:
– Но с другой – мы единственные в этой «компании», выросшие за пределами леса.
Энзо кивнул и спросил:
– Как твои родители?
– С каких это пор ты спрашиваешь?
– Я сегодня немного поговорил с мамой. Вспомнил, что не делал этого со дня покушения на хижины. Ты говорила с домашними?
Девушка замялась.
– Нет.
