По дороге наверх по лестнице он ощущал то же напряженное ожидание, которое почувствовал, когда к нему пришел Гордон и рассказал о догадке Ханны. Прорыв в расследовании. Визит к Хорвату действительно дал им меньше, чем он надеялся, но теперь у них есть фотография. Он запросил данные с камер наблюдения в городе — их немного, но сколько-то есть — у них есть программа распознавания лиц и они смогут проверить снимок во всех возможных реестрах. И в шведских, и в международных. Гордон остался у Хорвата, ждал приезда криминалистов. В лучшем случае они получат отпечатки пальцев или даже ДНК с фотографий и конверта, которые они там оставили.
Он распахнул дверь на офисную кухню и замер, увидев на синем диване маленькую девочку с колой, пакетом рулетиков с корицей и айпэдом на столе перед ней.
— Привет… — удивленно сказал он.
— Hei, — ответила она, не спуская глаз с экрана.
— Что ты тут делаешь?
— Olen täällä idiootin kanssa.
Александру показалось, что он понял третье из четырех слов, предположил, что ответ на вопрос по поводу присутствия девочки находится в переговорной, прошел туда и закрыл за собой дверь.
— Чей там ребенок?
— Мой, — ответил Людвиг. — Вернее это дочь моей девушки. С няней сегодня не получилось.
Александр обернулся, посмотрел на стену за спиной: экран заполняла разделенная на две части картинка. Оригинальный снимок, который они получили от Хорвата, а рядом снимок, где в программе светлые волосы заменили на темные с прической паж.
— Нам известно, кто это?
Тишина в ответ.
— Пока нет, нет, — наконец ответил Ларч, когда остальные не выразили желания что-либо говорить.
— Камеры в городе: дали нам что-то?
— Пока не видел ее ни на одной, — сказал П-У. — Я начал с ближайших к участку, у нас их не так много, как ты знаешь, так что есть риск, что она добралась сюда, не проходя мимо камер.
— Или она их просто избегает, она кажется довольно незаурядной, — вклинился Людвиг.
Александр снова взглянул на снимки — да, кажется довольно незаурядной. Но Хапаранда маленькая, у них есть фотография, у него в распоряжении есть люди, ресурсы, технические возможности и реестры всего мира.
Они должны найти ее. Поймать.
Мысли прервал Сами Ритола, который открыл дверь и вошел с кружкой кофе в одной руке и тремя рулетиками в другой. Александр вызвал его в то же время, что и остальных, но, конечно, он добрел сюда только сейчас. Иногда у Александра появлялось ощущение, что финский коллега специально делает то, что его раздражает.
— Как здóрово, что ты смог составить нам компанию, — сказал он так язвительно, что смысл становился понятен даже без перевода. Морган все равно перевел на финский.
— В свете принято красиво опаздывать, — получил он в ответ. Сами сунул в рот один из рулетиков и неспешно направился на свое обычное место в глубине у короткой стороны стола. Вытаращил глаза, увидев фотографии на стене, сглотнул и указал на них:
— Почему тут фотография Луизы?
Все присутствующие замерли и повернулись к нему. Морган даже забыл про перевод.
— Что он сказал? — спросил Александр. — Ее зовут Луиза?
— Ты ее знаешь? — спросила Ханна.
— Ну как знаю, я с ней спал. — Он смотрел на Александра, пока Морган переводил. — Мы живем в одном отеле.
Она умела ждать.
Это не означает, что ей всегда это нравится. Например, сейчас, когда ей ничего не оставалось, кроме как надеяться, что ее последний визит к Деннису Ниеми даст результат, ожидание только раздражало ее и тревожило. Она думала подождать еще два дня. Чтобы он успел распространить информацию о том, что снова торгует наркотиками.
Это ее лучшая возможность. Ее единственный шанс.
Если ничего не получится, ей придется полностью пересмотреть ситуацию. Признать, что тот, кто сбил и похоронил Вадима Тарасова, не собирался предпринимать попытки избавиться от наркотиков. По крайней мере, здесь и сейчас. В Хапаранде.
Деньги в принципе отследить невозможно. Если тот, кто их заполучил, потратил их на дом или на машину, отпуск за границей, инвестировал в акции или дорогие товары — она никогда не узнает. Доступ к фактически целому полицейскому участку не сильно помог ей и не оправдал надежд. У них, по крайней мере, судя по тому, что она увидела, не было новых теорий, и их расследование никуда не вело. Последний след, окружность на карте в кабинете Ханны Вестер, оказался ложным.
Еще одна ошибка. Необычайно много для нее.
Но у нее необычное задание.
Чем больше она о нем думала, тем более невозможным оно ей казалось. Обычно речь шла об одном или нескольких названных людях. Иногда они были под защитой — сигнализации, охраны и пуленепробиваемого стекла. Иногда они находились в секретных, как им казалось, местах. Иногда они вели обычную жизнь, не догадываясь, что кто-то заплатил большие деньги, чтобы ее прервать. Но все они люди, окруженные другими людьми, которых можно купить, припугнуть, обмануть и развести. Информация об их местоположении и о том, как их достать, всегда была в распоряжении — только доставать ее бывало проще или труднее.
