– Мэдди, ответь мне. Что произошло?
Но она смотрела мимо него. Ее полный ужаса взгляд был прикован к огромной ванне на львиных лапах. К ванне, которую она только-только наполнила водой.
– Что? Что случилось?
В ответ она простонала какое-то слово.
Но это было не просто слово. Это было имя.
– Колин.
– Колин? Колин Бантри?
Захлебываясь в слезах, она ответила:
– Его тело.
– Что с ним?
– Посмотри.
– Посмотреть?
– В ванне.
Подойдя к ванне и заглянув в нее, он не увидел ничего, кроме воды и клубящегося пара. Сначала он осмотрел ее при тусклом свете керосинки, а потом включил верхний свет, чтобы разглядеть получше. Ничего необычного он не увидел.
Он вернулся к Мадлен, которая, все еще съежившись, сидела на полу, прижимая колени к груди.
– Мэдди, в ванне ничего нету. Просто вода.
– Под водой! – прорыдала она, – Посмотри под водой!
– Я посмотрел. Там ничего нету.
Глаза ее были круглыми от страха.
Он сделал над собой усилие и спокойно сказал:
– Как ты думаешь, ты сможешь подняться с моей помощью?
Она, казалось, не понимала, что он говорил.
– Давай я тебя подниму и отнесу в комнату, хорошо? Давай поднимем тебя и вытащим отсюда.
– Посмотри под водой!
Гурни снова подошел к ванне и нарочито тщательно все осмотрел. Когда он опустил руку в воду, Мадлен в ужасе ахнула.
– Видишь, Мэдди, все в порядке, здесь только вода.
Он опустился рядом с ней на колени. Обхватив ее тело руками, он попытался поднять ее. В таком неловком положении это было очень трудной задачей, и он чуть не упал на нее. В конце концов он донес ее до кровати.
Включив прикроватные лампы, он еще раз проверил, нет ли у Мадлен переломов, ссадин или каких-то еще видимых повреждений. Но нашел лишь красноватое пятно на бедре, от удара при падении.
Он присел возле кровати и, наклонившись к ней, спросил:
– Мэдди, ты можешь рассказать, что именно произошло?
– Колин. В воде. Распухший. – Она опасливо повернулась лицом к стене, которая разделяла спальню и ванную. – Я видела его!
Ее щека нервно дергалась.
– Все нормально, Мэдди. Там ничего нету. Это была какая-то оптическая иллюзия. Вода, пар, приглушенный свет…
– В ванне был труп – не пар и не приглушенный свет! Его раздутое лицо и шрам на брови! Шрам от футбола! Ты вообще слышишь, что я говорю?
Ее стало трясти.
– Да, Мэдди, слышу. Правда, я слышу.
Он встал, взял фланелевую простыню и одеяло и укрыл ее.
Гурни понимал, что бесполезно убеждать ее, напуганную и дрожащую, в том, что воображение, воспоминания и чувство вины в совокупности могли породить столь жуткий мираж. Сейчас она бы просто не восприняла это.
Стоя, он наблюдал за ней, пока она не закрыла глаза. Еще будет подходящее время взглянуть на произошедшее с рациональной точки зрения, возможно, даже с помощью психотерапевта. Но теперь…
Раздумья его нарушил звук, доносившийся из ванной. Еле слышный скрип.
По спине пробежали мурашки.
Он натянул джинсы и свитер, достал “беретту” из кармана куртки и снял ее с предохранителя. С тревогой взглянув на Мадлен, он, босой, тихо пошел к ванной.
Подойдя к двери, он снова услышал слабый скрип, но, казалось, теперь он доносился из коридора. Казалось, что звук приближается к двери номера. Сделав несколько широких шагов, он оказался около двери. Засов был отодвинут. Должно быть, он забыл задвинуть его, когда пришел.
Гурни ждал, едва дыша. Он стоял на том же месте, что и в ту ночь, когда отключилось электричество, когда его так напугала физиономия Барлоу Тарра.
Он крепко сжал дверную ручку, на секунду замешкался и распахнул дверь.
Увидев Тарра, он не то чтобы удивился. Но в пристальном взгляде Барлоу было что-то пугающее.
– Что вам нужно?
Тарр хрипло пошептал:
– Берегитесь.
– Вы все время меня предостерегаете, но я никак не пойму, где кроется опасность? Может, вы мне скажете?
– Берегитесь ястреба, что нападает, будто волк. Берегитесь сил зла, которые всех убили.
– Силы зла убили Итана Голла?
– Ну. А потом волки погрызли его, аки старика допрежь того.
– Как погиб Итан?
– Ястреб знает. К солнцу, к луне…
– Хватит! Прекратить этот чертов бред! – прогремел сердитый голос из темного конца коридора.
Тарр дернулся так, словно ему дали пощечину. Он отступил назад от двери их номера. Озираясь, словно напуганный зверь, он сбежал вниз по главной лестнице.
Обладатель командного голоса показался на свет. Это был Норрис Лэндон, быстрым шагом приближавшийся к Гурни и свирепо смотревший вслед Тарру. Остановившись у дверного проема, он обратился к Гурни:
– Вы в порядке?
Гурни кивнул.
– Да, спасибо.
– Этот чертов придурок не должен здесь шататься. Глупо, наверное, с моей стороны так на него набрасываться. Бог знает, на что он способен, особенно когда приближается такая буря.
– Бури приводят его в возбужденное состояние?
– О да! Это довольно известный в психиатрии феномен. Существует явный резонанс между природной стихией и неуравновешенной психикой. Надо полагать, все всплывает на поверхность. Гром и ярость. Самые сильные эмоции. Но я ведь не на его зов пришел. Мне показалось, я слышал крик.
Он вопросительно посмотрел на Гурни.
