- С крулем Борисом можно было бы смириться, несмотря на жадность, - продолжала пани. - Но мне не нравится активность Светочей. Похоже, Очистительный Поход намечается раньше, чем мы думали. А Сапега с его набожностью погонит нас на Сваргу по первому приказу Ордена. А Вишневецкого и гнать не надо, Михась начнет войну на следующий день после коронации. Удивляюсь, что до сих пор не начал. Истинный шляхтич!
- Не буду спорить, - кивнул головой Леслав. - Я пришел к тем же выводам. Но других вариантов не вижу. Костюшко сдох на редкость невовремя.
Барбара остановилась у окна и провела пальцем по стеклу:
- У Вас хорошо убираются, пан. Ни пылинки! - она вздохнула и повернулась к мужчине. - Большинство сейма будут кричать не 'за', а 'против'. В нынешней ситуации 'против Бориса' означает 'за Михася'. И наоборот. А нам нужен третий претендент. Свой или хотя бы нейтральный. Чтобы перехватить протестные голоса. Добавим еще поддержку герба Габданк и скупим часть 'болота'... Что с Вами, Леслав?
Клевецкий, забыв про бокал, смотрел на собеседницу круглыми от удивления глазами.
- Где Вы возьмете третью силу, маркиза?! - выдавил он, наконец. - Знатный род, богатое поместье, достаточно сильная собственная армия... Все кандидаты наперечет! И кто из них лучше Сапеги? Да никто! Может, Вы лично хотите примерить корону?
- Не скажу, что в восторге от этой идеи, - усмехнулась Барбара, - хотя возможно, пришлось бы и согласиться. Увы, женщина крулем стать не может ни при каких обстоятельствах. Я прикидывала вариант срочно обвенчаться с Вами. Круль Леслав Гаштольд-Клевецкий - это звучит гордо.
- Вы прикидывали что? - ошалело закрутил головой мужчина. - Барбара...
- Я не просто прикидывала, а была готова на брак, - с усмешкой повторила маркиза. - И даже не фиктивный. В конце концов, из всех ухажеров только Вы не вызываете во мне отвращения, - она бросила иронический взгляд на Клевецкого. - Леслав, возьмите себя в руки! С каких это пор Вас шокирует, что женщина готова лечь с Вами в постель? По Ракову ходят слухи, что этой участи не избежала ни одна знатная дама страны!
- Бессовестно врут, - мужчина подался вперед. - Вы сами - первое тому подтверждение. И не единственное.
- Надо же! А я-то думала, что уникальна и неповторима, - развлекалась маркиза. - Увы, мой милый мальчик, пока Вам не удастся добавить меня в список Ваших побед. Родство с Лешко должно быть кровным, а не через брак. Мой сын мог бы претендовать на трон, но не муж!
- Ваш сын? - заинтересовался Клевецкий. - А это вариант...
- Увы, нет, - покачала головой герцогиня. - Рауль не имеет поместий в Полении. Подданства - тоже. Всё это обходится, но главная причина неустранима. Мой сын принес присягу Людовику и будет верен ему до последнего вдоха. Он не оценивает приказы, а выполняет. Выбор его крулем означает вассалитет. На это сейм не пойдет. Да и нам... Король Нордвента - игрушка в руках Ордена...
- Мда... - Леслав откинулся на спинку кресла. - То есть претендента у нас нет.
- А вот тут мы Вас поправим, - женщина подошла к креслу и впервые за время разговора села. - Вы же так любите эту песню! Как там... - она лукаво улыбнулась и пропела, - 'Начав с простого ягера, всего сумел достичь'... Ну же, пан! Кто из нас резидент Сварожской разведки?!
- Пан Качиньский??? - выдохнул Леслав.
- Нет! Резидент Вы! - расхохоталась Барбара. - А пан Качиньский - наш претендент! Достаточно богат, достаточно силен, его лояльность обеспечат супруга и, подозреваю, дочка. А насчет знатности - надо будет подумать. Лешко там ни одной частью тела не участвовал, но род достаточно древний. Кстати, весьма популярен среди молодших панов, а их в сейме немало.
- Обалдеть! - Клевецкий никак не мог переварить идею. - Ридку в королевы!
- О! - восхитилась гостья. - Я, кажется, знаю, кто поломал мою уникальность и неповторимость! Вам так и не удалось согреть постель пани Качиньской!
- Тогда она еще не была пани Качиньской, - отмахнулся Леслав, стараясь вернуть себе способность соображать. - Откуда у Хитрюги популярность, он же почти не вылазит из маетка!
Барбара приложилась к кубку.
- Во-первых, вылазит. И ведет себя при этом прямо-таки с детской непосредственностью. Никакой заносчивости, никакого шляхетского гонора. Молодшим панам крайне приятно, когда их держит за равных один из самых крупных владетелей. А во-вторых, про его выходки в свете ходит больше анекдотов, чем про десятника Ржевского. Неужели не слышали?
- Как же, как же... - язвительно ухмыльнулся Клевецкий. - 'Решил однажды пан Качиньский деревеньку у соседей зажилить...'
- Если Вы успели заметить, - вернула улыбку фон Фейербах, - пан предстает там положительным героем. И ему неизменно сопутствует успех.
- Ваша работа, ясновельможна пани?
- Как Вы могли подумать! - почти неподдельно возмутилась Барбара. - Чтобы я занималась подобной ерундой?! Для этого есть специально обученные люди!
Клевецкий поставил бокал, из которого за всё время разговора отхлебнул от силы пару глотков. Собеседники словно поменялись местами. Теперь сидела женщина, а мужчина мерил кабинет шагами.
