- Не балуют, говоришь? - прошипел Коготь, скатываясь с телеги.
Поле было завалено мертвыми телами. Кроаты, легко узнаваемые по вышитым жилеткам и коротким сапогам, и жолнежи Качиньских в голубых куртках. Еще два десятка ягеров рассыпались по полю, осматривая тела и окрестности.
Возница спросонок встряхнул голову, зажмурился, открыл левый глаз, закрыл, открыл правый, вновь зажмурился, распахнул оба, ошарашено уставился прямо перед собой и взвыл на привычной ноте:
- Шо деется... Ой, шо деется... Сколько людев порубили... Жолнежей порубили... Не к добру это...
- Зигмунд! - заорал держащий несчастную Милку солдат здоровенному ягеру с нашивками капитана. - Тут телега!
Здоровяк обернулся, мазнул взглядом по возку:
- Добре, Марек... - махнул рукой. - Бери лекаря, и везите Анджея в маеток! Коня своего впряги вместо этой дохлятины! Трое с тобой!
- Та как жеж... - опешил возница, принимая поводья Милки. - А я ж...
- Вернут тебе воз, - отмахнулся капитан. - Завтра в маеток приходи. Еще и благодарности пан Мариуш отсыплет, - и заорал. - Остальные в седло! Попробуем достать этих гадов! Паненку спасать надо!
Отряд галопом помчался на юг. На отошедших в сторону детей никто не обратил внимания.
- Кроаты, - сказал брату Коготь. - Рейд. Почему? Чтобы положить десяток жолнежей?
- Они Ядзю взяли! - выдохнул Медвежонок.
- Полусотня кроатов налетела на охрану Ядвиги, возвращающейся из Хортицы! - Коготь задумался. - Не велика добыча. И не самая легкая. Каждый минимум двоих с собой забрал. Смысл налета?
- Им Ядзя была нужна, - Медвежонок негромко рыкнул. - Зачем, не знаю, только уйдут кроаты. Часа три форы у них. И темнота скоро.
- Коней погибших они увели. Одвуконь пойдут, - уточнил Коготь, рассматривая следы, и сплюнул на землю. - Да, поздно.
- Не поздно, - вскинулся Медвежонок. - Я достану.
- Один?! - Коготь повертел головой. - И что?! Их три десятка! И это не бандиты, воины! Я за тобой не успею! Если бы хоть свежие были...
- А я в честный бой играть не собираюсь! - осклабился мальчик. - Догоню, - он глянул на солнце, - к середине ночи. А там война план покажет. В худшем случае - задержу до прихода погони.
- В худшем случае погони дождутся наши трупы. И в лучшем - тоже. Вопрос только, сколько свинячих собак составит нам компанию! Хотя бы не нападай один. Я буду там к рассвету.
Медвежонок молча вытащил из котомки перевязь с ножами и перекинул через плечо. Коготь окинул взглядом разбросанные трупы и последовал примеру брата:
- Налегке побежим. Меч всегда найдется! Да и батько запретил мечами махать.
Младший кивнул, и мальчишки под удивленным взглядом старика умчались следом за погоней.
- Ох ты, шо деется... - почесал в затылке дед. - И куды помчались? Неужто жолнежи без сопливых не разберутся? И ножей-то скоко, ножей-то... Точно душегубы. Миловал Господь мя, грешного, - старик осенил себя знаком Очищающего Пламени. - И монетку вторую не заплатили, тати! Хотя не довез я их... Так то ж не моя вина... Ох, не к добру это, ох, не к добру...
И он, ведя под уздцы несчастную Милку, зашагал по Громодяньскому шляху в западном направлении. Для кого-то - в сторону Бера, а для кого-то - Блакитных Мырд. __________________ * Поленское прозвище монахов Ордена Светочей Веры. Глава 10
День в маетке Качиньских начинался так же, как и предыдущий. И тот, что перед ним. И неделю назад. И месяц. Да как любой день за последние три года. С точностью до погоды, конечно.
Сначала заорал петух. После солнышко осветило верхушку восточной башни. Протопал наряд ягеров, меняющий караулы. А через полчаса маеток наполнился звуками. Ржали лошади, выражая своё недовольство: седлаемым не хотелось тащить на себе тяжелых и беспокойных людишек, остальных категорически не устраивала теснота конюшен. Скакунов мычанием поддерживали коровы: не дают беднягам поспать, то дойка, то на выпас погонят. Концерт не пропустили и куры. Им было, в общем-то, безразлично, но условно летающие птицы сочувствовали крупному рогатому скоту.
У колодца умывались ягеры, выливая друг другу на спины ведра ледяной воды и время от времени окатывая этой же водой зазевавшихся служанок. Те взвизгивали и мчались дальше, не забывая стрельнуть в обидчиков глазками: мол, некогда мне сейчас, работы много, но вот потом, вечером, когда с цветами и нескромными предложениями заявишься... Словом, я смолчу, но я запомню!
Развлечения у колодца много времени не заняли, дел и у служивого люда хватало. И наемники постепенно сместились ближе к кухне, соблазненные доносящимися оттуда ароматами, которые не мог перебить даже густой дым от нещадно чадившей печки.
Пан Мариуш появился на крыльце, лишь позавтракав, а к тому времени большинство патрулей уже разъехалось по 'ниткам', быстро раздал указания трем группам, махнул Фраю, остающемуся за старшего в маетке, и умчался с четвертым отрядом.
