Злость подняла его с места. Он поставил чашку в раковину. Это получилось так громко, что Вера вздрогнула, и тоже вскочила со стула.
— Ты думала, как бы закончился этот вечер, если бы ты была одна? Или тот, когда мы ужинали у твоей бабушки? Или любая другая наша встреча...
— Не надо, Янис. Тебе пора, — поспешно остановила его Вера, не дав договорить.
Но Янис не слушал ее. Не слышал.
— Не делай вид, что не понимаешь, что между нами происходит!
— Я понимаю. — Она сглотнула, чувствуя себя загнанной в угол. — Поэтому и прошу тебя уйти.
— Я не собираюсь притворяться, что пришел сюда из вежливости. И меня бесит, когда ты делаешь вид, что встречаешься со мной по любому другому поводу, но только не потому, что сама этого хочешь. Мне не нужен повод, чтобы увидеться. Мне плевать, будешь ты работать над этим проектом, или нет! Повод встретиться нужен тебе!
Веру потряхивало от его слов и от того, как он говорил с ней.
— Как ты не понимаешь? — бессильно вскрикнула она, и от волнения ее тон стал выше. — Что хочешь? Чтоб я свою жизнь вверх дном перевернула из-за того, что ты в ней появился?
— Неплохая мысль, — сказал он и шагнул к ней.
Вера отшатнулась. Она странно чувствовала его руки. Она их понимала. И всячески пыталась избегать контакта с ним, потому что он трогал ее так, как не прикасаются к едва знакомой женщине.
Янис взял ее за плечи, буквально кипя от желания встряхнуть. Сколько? Как долго она еще будет разыгрывать этот фарс, что она его не знает, не видела? Откуда в ней столько самообладания? Но он не сделал ничего такого, смутившись ее реакции. Вера вздрогнула плечами, едва он коснулся ее.
— Тебе так неприятно, когда я к тебе прикасаюсь? — глухим голосом спросил он.
Майер смотрел ей в лицо, и она не смогла соврать, хотя надо было.
— Нет, — выдохнула, — слишком приятно... это слишком приятно... и... неправильно.
Он прижал ее к себе, и она задохнулась от его тепла, от его запаха, от силы, которую почувствовала в его руках. Волна тепла окатила спину. Все тело. Янис приник к ее губам коротким жалящим поцелуем. Этого показалось мало, и он поцеловал еще раз.
— Прекрати... — Вера попыталась высвободиться.
— Чтобы ты кое о чем поразмыслила.
— Ты понимаешь, что делаешь? У меня температура, я болею, в конце концов! Свалишься потом так же!
— Меня совершенно не пугает твоя простуда, — отмахнулся он.
— Я боюсь, если дам тебе хоть малейший повод, хоть слово скажу ... — сбивчиво заговорила Вера. — Янис! Ты как стена, которую не обойдешь! А мне нужно время. Дай мне во всем разобраться.
На лицо ей упал светлый локон, и Янис заправил его за ухо, говоря ласково, но настойчиво:
— Разбирайся. Только не смей меня игнорировать.
— Теперь это вряд ли получится. Все, пусти меня. И вообще, это нечестно, — возмутилась шутливо, пытаясь шуткой скрыть полнейшее смятение. — Ты пользуешься моей слабостью. Я сейчас не в лучшей форме и плохо соображаю, что делаю.
— Ты напрасно взываешь к моей совести. Она меня совсем не мучает.
— И почему меня это не удивляет, — вздохнула Вера.
— В сердечных делах победа всегда делится пополам. Я с тобой поделюсь. Чуть позже. Когда ты разберешься со своим михрюткой, — самодовольно сказал он.
Вера рассмеялась и тут же закашлялась.
— Ой, не смеши...
Майер помрачнел.
— Ладно. Иди в кровать и не вылазь из-под одеяла, пока не выздоровеешь.
— Завтра мне будет лучше...
— Пока не выздоровеешь, а не пока «будет лучше».
— Ладно, ладно, — Вера пошла за ним в прихожую, чтобы проводить.
— Спасибо, кофе был очень вкусный.
— Не издевайся! — улыбнулась она, и ей снова захотелось прижаться к его свитеру.
— Обещай подумать.
— О чем?
— Обо всем.
— Хорошо, я подумаю, — смиренно согласилась Вера.
Ей придется поразмыслить о серьезных вещах и что-то решить. Можно сколько угодно обманывать себя, его, но, когда о чувствах говорится вслух, все меняется.
Янис привлек ее к себе одной рукой. Уверенно, но не так жестко, как в тот раз. Наверное знал, что больше не оттолкнет. Удивительно, как много можно узнать о себе самой за короткое время. Вера никогда не думала, что нуждается в мужской поддержке, заботе, внимании. В том, о чем так упорно твердят все женщины. Она привыкла все делать и решать сама. И только теперь, когда появился тот, кто хотел о ней позаботиться, стало понятно, как отчаянно ей этого не хватало.
Вера не хотела, чтобы он уходил.
Янис хотел убить ее мужа.
