Чтоб убедиться в своей теории, Вера попробовала устроиться на диване, но диванные подушки оказались слишком твердые. И она не нашла никакого пледа, чтобы укрыться. Представив, как наутро будет раскалываться не только голова, но и все тело, она поднялась на второй этаж и вошла в спальню.
В комнате царил полумрак. Майер сидел на кровати и что-то изучал в своем мобильном, — лишь голубоватый свет экрана рассеивал темноту.
— Я буду спать в одежде, — предупредила Вера и села на противоположную сторону кровати, у окна.
— Как хочешь, — равнодушно ответил он, положил телефон на прикроватную тумбочку и начал раздеваться. Стащил с себя джинсы, свитер и залез под одеяло, укрывшись по пояс.
Вера глянула на него: лицо спокойное, глаза закрыты. Задержав взгляд на белеющем в темноте литом торсе, сразу вспомнила, как они занимались любовью. И почему-то снова стало больно. Она сняла носки, вытащила ремень из джинсов и тоже улеглась в постель спиной к нему. Не представляла, как сможет рядом с ним заснуть. В прошлый раз не спала, а теперь не уснет и подавно.
Дождь за окном кончился. Но ведь после любой непогоды появляется солнце, воздух очищается, и пахнет свежестью. Пока что Вера не чувствовала ничего подобного, никакого обновления. Дышалось с трудом, будто воздух был наполнен удушливым сернистым дымом.
Она прислушалась. Янис вроде бы тоже еще не спал.
— Когда ты отомстил, тебе стало легче? — тихо спросила.
— Значительно, — ответил он, но пауза перед этим была слишком долгой, что заставило ее сомневаться.
Веру вдруг снова пробрал холод. Она испугалась, когда до нее дошло, что может столкнуться с теми убийцами, раз Майер снова оказался к ней так близко. Вдруг они на него все еще работают.
— Янис, а эти люди...
— Ты их никогда не увидишь, — сразу ответил он, точно прочитал ее мысли.
— Почему?
— Вера, ты отдаешь отчет в том, какие задаешь вопросы? — в свою очередь спросил Майер.
— Скажи мне правду, — попросила она.
— Их убрали.
— Чтоб они не заговорили?
— Чтоб они не охотились на тебя.
Она тяжело выдохнула.
— Ты знал, что я ухожу?
— Знал. Ты бы не вышла из дома, если бы я этого не хотел. У тебя опять бессонница?
Вера собралась ответить язвительно, обжечь его сарказмом, но у нее не осталось сил для злости.
— Я в ожидании очередного кошмара.
— Думаю, кошмары тебе больше не грозят, — рассудил он.
— Почему?
— Самое страшное уже случилось, бояться больше нечего.
— Майер, ты бездушное чудовище, — прошептала, вздохнув. Она уже находилась в сумеречном состоянии. Тело отяжелело, сознание заполонили какие-то неясные видения, но разум все еще воспринимал окружающую обстановку.
— Поэтому я и говорю, теперь ты можешь спать спокойно.
Вера не ответила. Дыхание ее стало глубоким и ровным. Янис придвинулся к ней и обвил своим телом. Она крепко спала и даже не пошевелилась, когда он обнял ее за плечи и уткнулся носом в кудрявую макушку, чувствуя сладко-острый запах духов, от которых у него всегда кружилась голова.
— Спи спокойно, Вера, — прошептал он. — Я не подпущу к тебе других чудовищ.
Вера была очень организованным человеком и, как большинство организованных людей, боялась хаоса. Никакие случайности не должны вторгаться в ее мир, где все подчинялось логике. Однако теперь равновесие нарушилось. В ней снова возродились ощущения, что она не распоряжается своей жизнью.
До той злополучной ночи Вера не предполагала, что с ней может случиться нечто такое, что захочется стереть из памяти. Для Яниса все закончилось, когда она ушла. Для нее — все только началось. Она забеременела. Ее кошмар длился долго. Пришлось принять беременность, материнство, ребенка. Принять и подобрать всему, что с ней приключилось, странные, но удобоваримые объяснения. Она вышла замуж за Севу. Казалось, только так можно выбраться из безбожного хаоса, в котором оказалась. Легче всего было убедить всех в Севкином отцовстве. Никто не сомневался, что он отец ее малыша, ведь все знали о его великой к ней любви.
Майер даже не понимал, что сделал. Прошлое было забыто. Погребено. Похоронено вместе с его сыном. Но своим появлением он снова вернул в ее мир прежний хаос. Теперь ее жизнь представляла собой кавардак, выходивший за пределы понимания.
Прошлое рвало ее настоящее в клочья, рвало ее чувства и надежды.
Только работа помогала хоть как-то отстраниться от внутренних переживаний. Там у Веры все было под контролем. Она прекрасно справлялась со своим делом и распланировала рабочие дни так, чтобы у нее не оставалось времени даже для лишнего вздоха. Ее постоянно окружали люди, но еще никогда она не чувствовала себя такой одинокой и беззащитной. В голове все смешалось: прошлое и настоящее, мысли и страхи. Будущее виделось туманным и бессмысленным. Будто все прошло. Все уже было, и больше ничего не будет.
