— Лорд Ариас передает вам свои самые теплые приветствия и выражает искреннее почтение, князь Дрей. Он будет счастлив принять вас сразу после очистительных процедур и двух дней карантина, — проскрипел мужчина, вращая единственным зелёным глазом. Серые штаны и рубаха из тонкого льна трепетали на ветру, вместе с жидкими седыми волосами.
— Очистительных процедур? Карантин? — шаркнув подошвой по гравию, Волк раздраженно приподнял верхнюю губу и сморщился, будто случайно съел муху. — Змееныш с большого гостеприимства клизму мне что ли хочет влупить?
Он ожидал от Ариаса чего-то такого, но настроение все равно подпортилось. Дрей уже прикинул, что скорее вырвет этому слуге второй глаз, чем позволит провести какую-либо «процедуру».
— Клизма — только по вашему желанию. Всестороннее очищение включает обеззараживание, противомикробное, противовирусное, мытье и полную смену одежды. Средство вынужденное, князь. У вас — болезнь, у нас — ребенок, — невозмутимо пояснил слуга, стоя от Дрея и Вериса на почтенном расстоянии. — Очищению подвергаются все гости без исключений.
Вспомнив про трехмесячного наследника рода, Дрей закатил глаза. С мерами предосторожности, впрочем, поспорить не мог.
— Ясно, — хмуро обронил, глянув на собственные синие ногти и бесцеремонно подтолкнул Вериса вперед. — Я тогда сразу назад. Этому вставляй, что хочешь. Лисе поклон. Хозяину передай, что его я начищу при встрече сам.
Не дожидаясь ответа, высший Волк обратился, и мощными прыжками устремился в обратную сторону. Он был уверен, что Верис заговорит. Змеи — это не волки, которые всего лишь угрожают и ловко бьют по почкам. Дрей понимал, что методы Ариаса будут гораздо изощреннее.
Высший Змей лорд Ариас, хранитель ядовитой крови рода, наследник золотой ленты и краевых земель, зорко наблюдающий за гостями из окна, повел уголком рта в тонкой усмешке. Реакцию Дрея он предполагал. Проследив как Грос вытащил трехметровый деревянный аркан с петлей на конце и бесцеремонно потащил неудачливого убийцу к подсобным помещениям, Ариас развернулся на пятках и направился в детскую.
— Дрей и Таор передают тебе самые нежные пожелания, лисичка. Мечтают увидеться, но пока не могут, переживают за твое здоровье, — мелодично произнес он, заходя в распахнутую дверь детской комнаты. Озабоченно подперев голову рукой, леди Лиса лежала на ковре перед трехмесячным младенцем. Мальчик, принимающий воздушную ванну в луче солнечного света, сиял ослепительным золотом. Лорд гордо вздернул подбородок, глядя на бодро шевелящего пухлыми ручками наследника.
— Как у них дела? — рассеянно спросила Лиса, не отрывая карих глаз от младенца. Она потрясла перед ним ярко-красной погремушкой и мальчик тотчас повернул голову на звук. На хорошеньком личике появилось восторженное выражение. Издав высокий звонкий писк, он потянулся к погремушке.
— Как всегда бегают. Переживаешь? — поинтересовался Ариас, остановившись в дверном проеме. Он откровенно любовался на изгиб бедер своей спутницы.
— Очень, — не замечая этого вздохнула Лиса, вручая погремушку в неловкие, но цепкие ручки. — Не ест уже второй день. Ну невозможно, Ариас!
Ее муж ласково улыбнулся. Молодая человеческая жена сейчас беспокоилась отнюдь не о Волках, а только о сыне, питание которого не укладывалось в рамки ее представлений о младенцах.
— Наш сын — Змей, — в очередной раз сообщил лорд. — Для него питаться раз в три дня — это норма. Потом будет ещё реже.
— Знаю, но...
— Переживай о другом, — предложил он. — Например, о том, что на тебя сейчас обрушится твой лорд.
Непринужденно встав на руки на манер заправского акробата, Ариас быстро пошел на жену. Ноги в черных мокасинах, балансируя, болтались в воздухе.
— Ариас! Нет! Упадешь же на Касиуса! — тихо взвизгнув, Лиса не успела встать, когда ладони Ариаса оказались уже по обе стороны от ее бедер. Он продолжал шагать на руках вперёд, стремясь к ее лицу.
— Я? На Касиуса? Разумеется, нет! — изумился лорд из перевёрнутого положения. — Я не собираюсь падать на сына. Это недальновидно. Его площадь ещё совсем невелика. Я специально иду на что-то мягкое, тёплое, подходящее мне по размеру и формам. На тебя, моя милашка.
Без усилий удерживая свой вес только на одних руках, расчетливый Змей дотянулся до губ жены. Младенец поднял голубые глаза на родителей и широко улыбнулся счастливой беззубой улыбкой.
К Верису Ариас зашёл через два дня. Пленника поместили в дальнее от дома подсобное помещение, которое последние сто лет не знало ремонта. Ногой отодвинув обломок упавшей черепицы, Ариас заговорил:
— По моему нескромному мнению бить, даже резать — это грубо и весьма, весьма негуманно, — сладко растягивая слова на гласных, Ариас плавно обошел Вериса. Выглядел пленник жалко: после очистительных процедур, его уже два дня мариновали в неудобной позе на корточках со связанными сзади руками. — Ты со мной согласен, друг мой? Такой разумный Змей как ты способен понять, что пора общаться без дополнительных воздействий? Или не способен?
