Моя истерика набирала обороты, также как и вихревой поток вокруг меня. Теперь в нем кружились не только тарелки и столовые приборы, но и массивная супница, до этого стоящая посреди стола. И я уже с ужасом наблюдала, как вихрь вот-вот сорвет большой чайник, и понимала, что уже не могу все это остановить. Черт с ней с татуировкой! Живут же люди и полностью расписанные под хохлому. А тут маленькая татушечка! Под одеждой и не особо видно! А вот что делать с этим вихрем, что мне уже не подчиняется? А если и подчинится и остановится, то… Сколько разобьется посуды, было даже страшно подумать! А ведь сервиз Петровны явно не из простых!
Додумать я не успела, на меня вылилось полведра холодной воды! Вихрь, бушевавший в комнате тут же стих, но посуда не успела коснуться пола… Подчиняясь руке Петровны, она аккуратно пролевитировала до стола и встала ровно по своим местам.
— Ссспппасссибо! — лязгая зубами от жуткого холода, произнесла я.
— Всегда пожалуйста! — улыбнулась Петровна, — а теперь марш под горячий душ!
— Что означает эта татуировка? — спросила я Петровну, когда согревшись под душем, а потом и горячим чаем на травах, завернутая в махровый халат, я сидела снова за столом и наслаждалась солнцем, словно и не скрывавшимся пол часа назад.
— Верещать не будешь? — хитро спросила старушка.
— Постараюсь! — улыбнулась я в ответ.
— Это знак, что Луна признала тебя Истиной Парой волку с такой же меткой на груди. И по законам оборотней ты, Женя теперь жена этого волка.
Сказать, что я была в шоке — это ничего не сказать. Но лихорадочно соображая, задала первое, что пришло в голову:
— А развестись можно?
- Нет! — тут же убила мою надежду женщина, а через пару секунд пристального вглядывания в меня, добавила — Это у людей можно развестись, а у нас разводов не бывает. Пара выбирается одна и на всю жизнь!
— У нас — у оборотней? — в душе вновь всколыхнулась надежда. А вдруг, я же не оборотень!
— У нас — это у всех нелюдей. Твой Игорь очень рисковал, не поставив в свое время тебе ведьмовской знак. Сделай он все правильно в свое время — ничего этого бы сейчас не было! — бросила Елизавета Петровна, а потом с сомнением добавила. — А может, стало бы только хуже!
— Значит Игорь тоже не совсем человек?
— Ведьмак наш Игорь, потомственный ведьмак. Такой же, как и ты.
— И он знал, что я ведьма?
— Откуда ж мне старой знать, что в голове у твоего бывшего супруга.
— В смысле бывшего? — Петровна вводила меня в ступор буквально каждой своей фразой.
— Женя, вы были расписаны по людским законам.
Я тут же кивнула то ли на вопрос, то ли на утверждение.
— Пока ты не вошла в силу, они худо-бедно действовали. В принципе некоторые смешанные браки часто так и живут, но только до первого ребеночка!
— Но может он боялся мне признаться? — думать о том, что для любимого мужа, всегда была чем-то вроде сожительницы, было не очень приятно.
— Может и так! — о чем-то задумалась Петровна. — Кто ж его знает, вот встретишь и узнаешь! Решать то вам теперь в троем…
— Это что же получается, я теперь двоемужница!? — у меня в голове никак не укладывалась мысль.
— Скажешь тоже! — хохотнула Петровна, — По нашим законам ты жена Егора, и точка!
— Ага! А по документам — Игоря!
— Филькина грамота — твои документы!
Мы пару минут просидели в полнейшей тишине. О чем думала Елизавета Петровна, я не знала. А вот я раздумывала, что, как там говорится, без меня меня женили? То есть замуж выдали! И как ко всему этому теперь относится. Что я Игорю скажу? Хотя с чего это я должна оправдываться? Это он должен был мне свое «тавро» поставить! И чего не поставил? Так «высоко» ценил? Или все же боялся признаться? Мое отношение к мужу (именно к мужу. Воспринимать мужем Егора у меня пока не получалось, от слова совсем) менялось в доли секунды.
— Ладно! Приедут мужчины, сядете рядком и поговорите по-человечески! Чего сейчас то голову забивать… Лучше я тетрадочку свою принесу и позанимаемся. Согласна?
Мне оставалось только кивнуть, накручивать себя еще больше и правда не стоило.
Петровна вышла и через пару минут принесла фолиант в кожаном переплете, что по-простецки именовался «тетрадочкой». Большую Советскую Энциклопедию видели? А теперь представьте два тома вместе. Водрузив его на стол, она с предвкушением посмотрела на меня.
— Елизавета Петровна, — спросила я, вспомнив то, о чем забыла спросить в прошлый раз. — Вот Вы говорили, что Белые ведьмы — это те, кто берет силы у самой природы, а Черные — используют людей и их энергию. А почему они… почему они тоже у природы не берут?
