– Я видела, как на нас напали. Одновременно на нас и на Варошу. Охрана куплена. Олив, – Лика посмотрела на дверь кабинета, – он продал нас. Продал Тиберия. Недорого. Всего лишь за место рядом с новым Альфой.
– Значит, у нас тут просто борьба за власть? – Выдохнул Маст
– Можно и так сказать. – Улыбнулась Лика. – Ты единственный, кто сможет сдержать оборотней, до прибытия помощи. Твою стаю я уже оповестила.
– Вот скажи мне, Лика, – Виктор зло сверкнул глазами и подошел к женщине так близко, что Тиберий зарычал, – почему нельзя сказать заранее? Почему нужно было доводить до этого?
– Потому что это единственный способ подавить мятеж. – Улыбнулась волчица, положила ладонь на грудь Виктора и тихонько оттолкнула его от себя. – И спасти твою жизнь, Альфа.
Приближался вечер. На веревках во дворе болтались мокрые вещи, пропахшие цветочным мылом. Из печной трубы валил дым. Я периодически подбрасывала дрова в топку, чтобы имитировать бурную хозяйственную деятельность. Одновременно собирала маленький рюкзак с предметами первой необходимости и прислушивалась к звукам на улице.
Оставаться в Тиле было опасно. Я не знала, что произошло в Хофтерфилде, почему Адам так быстро сбежал, но была уверена, что мне стоило как можно скорее убираться отсюда. И не потому, что кто-то узнал тайну Евы Рай, а потому что Ева стала слабым местом Адама.
Если я правильно сложила пазл, в Хофтерфилде назревал переворот. Ничего необычного. Эти земли спокойствием никогда не славились. Скорее всего, поэтому Тиберий и Адам договорились править вместе. Убьют Тиберия, место Альфы займет его Бета. Бета с силой Альфы, о которой никто не догадывается.
В «Химере» мы пытались разработать сценарий такого переворота. Несколько из них военные даже пытались осуществить. Но это оказалось бесполезной тратой времени, денег и человеческих ресурсов. И вот, кажется, у людей созрел более интересный план. Тот уникальный случай, когда интересы оборотней и наши совпали.
Я закончила с сумкой, закинула в рот кусок засохшего пирога, единственной еды, которая у меня осталась и начала рассуждать. Враг знает обо мне. Враг знает слабые места Тиберия. Все знают слабое место Тиберия. Это его жена. Альфы вчера покинули Хофтерфилд. Вернуться быстро, они не успеют. А еще, у нас есть дети. Возможно, именно ради детей люди согласились помочь устроить переворот. Самые сильные щенки, идеальные гены.
Все это, конечно, было на уровне моих предположений, но чутье подсказывало, что я была недалека от истины. Ветер стих. Я пыталась понять, как лучше уйти, чтобы остаться незамеченной. Если верить ушам, то моя охрана находилась на таком расстоянии, чтобы Тила просматривалась со всех сторон, но я оборотней не видела.
Чтобы не выдать себя, я и делала вид, что не замечаю, как оборотни сужают радиус. Шансов пройти незамеченной становилось все меньше и меньше. По периметру до сих пор стояли мои ловушки, но надеяться, что кто-то из оборотней в нее попадет и у меня появится шанс проскочить, было глупо.
Я посмотрела на стол. Там стоял флакон с камуфляжем. Адам оставил его со своими вещами. Я надеялась им забить запах собственного тела. Как бывший агент Химеры я знала, что оборотни меня почти не чувствуют. Но сегодня это «почти» могло сыграть со мной злую шутку.
Снова посмотрела в окно, пытаясь решить, ждать сумерек или пытаться уходить сейчас. И тот и другой вариант были одинаково безрассудны. Остаться и принять бой – еще более глупо. Справиться с десятком взрослых оборотней без спецсредств, невозможно. Сдаваться в плен не хотелось. Кто знает, что у этих мудаков в башке.
Внутренне склонялось к тому, чтобы дождаться темноты. Мои потенциальные убийцы считают, что я обычная женщина. А значит, можно использовать эффект неожиданности. До темноты оставалась пара часов. Я пыталась просчитать маршрут и время. И в этот момент в ванной комнате послышались странные звуки. Схватив многострадальный нож, бросилась к двери. За деревянным полотном слышалось недовольное пыхтение. Открыла дверь и опешила.
– Матильда?
Фигура женщины высовывалась прямо из пола. Волчица злобно сверкала глазами, пыхтела и пыталась достать небольшую корзинку. Мешала ей цветастая юбка.
– Привет. – Поздоровалась волчица. – Никогда не думала, что эти гребаные катакомбы такие жуткие.
– Катакомбы?
– Ну да. Ведьмины тропы. А… – Хлопнула она себя ладошкой по лбу. – Ты ж не местная. Помоги мне.
Волчица протянула мне руку и я, как завороженная, помогла ей выбраться. Только после того, как Матильда оказалась полностью в помещении, я поняла, что все это время не замечала небольшой люк, ведущий в подземелье.
– Ну что, красавица, время на чай у нас есть? Пока не пришли злые волки тебя убивать?
– Откуда ты знаешь?
– Догадалась. – Фыркнула Матильда. – В «Потаскушку», знаешь, всякий народ ходит. Плюс оборотни Виктора шныряют по городу. Мади, его Бета, вообще цирк недалеко от торговой площади устроил. Ведьма старому засранцу привиделась. В общем, я решила к тебе зайти. А там, смотрю, вокруг Тилы целая толпа зубы скалит. Вот и вспомнила про ведьмины тропы.